Первую ночь мы встретили в небольшой роще. За последнее время у нашего небольшого отряда даже как-то вошло в привычку ночевать под крышей. Всё-таки мы довольно давно въехали в обжитые земли, деревень вдоль дорог хватало, а крестьяне не отказывали в ночлеге воинам, особенно благородным, не говоря о том, что на тракте естественным образом находились трактиры. Но сейчас мы предпочли съехать с торных путей и сделать стоянку в месте, удобном для обороны. Преследователей я не чувствовал, сама мамаша брата и сестры, из-за которых мы попали в историю, приехала с небольшой охраной и вроде бы других силовых подразделений в городе не имела. Но то личных. А вот всяких мелких эров из её партии приехало богато, встречи с ними я и опасался. Впрочем, была у меня надежда на нынешнего наместника. В старике чувствовался политический зубр, способный выжать из ситуации очень многое. Всё-таки официальный владетель ма Жарэ был при смерти, мог остаться калекой… Это значило, что новым эром его земли имел все шансы стать муж его сестрёнки. А это уже совсем иные политические расклады. Если наместник не размяк, то найдёт кого на ней женить, заткнув мамашу. Та тоже должна это понимать, а потому в её голове стоит поселиться мысли, что я меньшая из проблем. Сейчас она может натурально лишиться всего, её положение шатко, а у проигравших нет союзников.

Но тем не менее расположились мы в роще так, будто находились на вражеской территории. Народ, правда, бурчал из-за условий. Все, конечно, были людьми привычными к походным тяготам, к тому же понимали всю ситуацию, но чем дальше на восток, тем меньше людей и поселений. А теперь ещё и пришлось ехать неторной дорогой. Это как на бабье лето специально улететь куда-нибудь севернее, чтобы побыстрее ощутить все прелести осенних дождей и холодрыги.

Полночи я простоял на часах, зорко смотря в темноту и втягивая ноздрями ночной воздух, но нас никто не побеспокоил. Время до утра тоже прошло без происшествий. Так что мы спокойно тронулись в путь и уже к полудню въехали в первую деревню на тракте. Он в силу некоторых изменений несколько утратил свою популярность, но люди вдоль него продолжали жить и работать, а главное — платить налоги. Сейчас для этого, правда, было рановато, урожай ещё только начинали собирать. Но скоро мытари должны были выехать. С налогообложением, насколько я понял, здесь всё обстояло двояко. С одной стороны, каждый эр собирал налоги со своих крестьян. Собственно, с этих денег и продуктов, которые шли в счёт натурального налога, эры и должны были содержать свои замки в обороноспособном состоянии, а также являться по зову вышестоящих дворян конно и оружно. Но на своих эрах проблемы крестьян не заканчивались. Так же по Осато ездили мытари герцога, которые собирали налоги уже в его пользу. Да, они были меньше, чем брал рыцарь, но тем не менее. Кроме того, герцог имел и чисто свои земли, где не сидели его вассалы и он собирал там добро с крестьян как их прямой защитник. Так же герцог собирал налог ещё и с эров. Это, наверно, чтоб им жизнь мёдом не казалась, и они помнили, кто в доме хозяин.