Вынимает из-под подушки презервативы. Зубами вскрывает блестящую упаковку, приподнимает бёдра, ныряет рукой между нами и раскатывает латекс по стволу.
Два, один…
— Мммкхмхммм…!!! — выгибаюсь, прикусываю кончик языка и хнычу, впервые ощутив внутри себя такую тугую наполненность с болью и жаром, разлившимся по всему телу.
Удар внутри. Ещё один. Ещё…
Клим расходится, жадно забирая себе мою невинность, мой первый секс. Он втрамбовывает меня в матрас, впиваясь потемневшим взглядом в глаза.
— Охуеть, — дрожит от напряжения. — Как хорошо. Как я соскучился, — сжимает зубы, вбиваясь в меня ещё быстрее и резче. Наши губы сталкиваются. — Солёная и сладкая. Вкусно. — довольно урчит он.
Опираясь на локти, со стоном ловит мой сосок. Перекатывает его на языке. Отпускает и новым рывком выбивает из меня всхлип. Вздрагивает всем телом, дышит чаще, глубже, сжимает зубы, закатывает глаза, закрывая их, и мощно пульсирует внутри меня. Я чувствую, как сперма выбрасывается в презерватив, как по его телу идут вибрации оргазма.
Зорин опускается лбом мне на плечо.
— Пять минут, — хрипло смеётся.
Я не совсем понимаю, про что он, пытаясь прийти в себя от произошедшего. Клим скатывается с меня, ложится рядом и снимает резинку. Обнимает, целует, ластится, как довольный кот. Горячо дышит мне прямо в ухо. Играется языком с мочкой, прихватывает зубами.
— Ай, — тихо пищу.
— Иди сюда, — ложится на спину и легко сажает меня сверху. Я чувствую, что он снова хочет.
Про это «пять минут», да?
Зорин ловко вскрывает новый презерватив.
— Хочешь сама? — протягивает мне.
Отрицательно кручу головой. Ссаживает меня с пресса на свои бёдра и кивает вниз, мол, смотри как надо. А я смущаюсь уже от того, что сижу на нём голая. Только слушаю, как надевает резинку сам.
— Трусишка, — тихо смеётся.
Гладит меня ладонями, задевая все чувствительные точки. Кладёт их на бёдра, приподнимает меня. Одной рукой придерживает член, второй помогает мне аккуратно опуститься сверху.
— Сссххх, как тесно, — рычит Клим. — Вот так, — опускает меня ещё немного, пока я не сажусь на него полностью.
Двигается пальцами к лобку и ещё ниже, по раскрытым губкам, между ними. Там горячо, влажно и ещё больно. Наполненность внутри никак не даёт расслабиться. Я привыкаю к этому ощущению, стараясь ровнее и глубже дышать.
Зорин бессовестно ласкает меня там, продолжая нагло смотреть на моё смущение. Сильнее вдавливается снизу.
— Ай, ммм… — хнычу, приподнимаясь.
— Всё хорошо, хорошо. Просто расслабься, — просит он. — Ты же уже кончала, Сашк?
— Замолчи, пожалуйста, — умоляю его. Я и так сгорю сейчас.