Это никак не смазывает мои впечатления от гонки. Было захватывающе. Пальчики до сих пор немного подрагивают от потрясающих эмоций, которые больше нигде и никогда не получить. А ещё я заработала свои первые большие деньги, и так гордо за себя становится.
Сажусь в машину к охраннику Зориных.
Мы так быстро сбежали, что он не успел отреагировать, а догнать Мерседес Соколова не смог бы при всём желании.
— Давайте не будем говорить об этом дяде Яше, — прошу его.
Ну правда. И ему прилетит за то, что упустил. И за меня они всё ещё отвечают перед моими родителями.
— Это было неоправданно рискованно, — отвечает он.
— Иногда надо рисковать. Это делает нашу жизнь ярче, — улыбаюсь я.
Он усмехается и везёт меня в сторону дома, а я рисую пальцем на стекле и думаю, как буду забирать телефон.
Мы незаметно добираемся до моего дома. Сворачиваем во двор и медленно катимся к подъезду. Замечаем автомобиль дяди Яши и того, кто на нём приехал.
Клим…
Сидит на спинке скамейки, широко расставив ноги и уперев в них предплечья. Гасит и снова поджигает пламя зажигалки. Не курит же. Откуда она у него?
— Сейчас выйду, — говорю охраннику.
Закрываю глаза, вдыхаю поглубже. В животе всё сводит сильным спазмом, лопается и заливает жаром. Расправляю плечи, делаю ещё один глубокий вдох.
Ну больно же мне! Зачем ты приехал? Я же просила время!
И взгляд его потемневший мне совсем не нравится. Зажигалка ещё эта…
Ладно, не бегать же от него. И глупое, разбитое сердце агонизирует в груди, кровоточит.
Выхожу из машины. По коже мурашки, щёки горят. Всё равно иду прямиком к Климу. Порыв ветра вместе с запахом весны кидает в меня запах Зорина, давно выученный наизусть. Древесные нотки, ментол…
И больно мне от того, что всё равно родной, как бы я не злилась. Но разочарование не лечится за пару дней. И верить ему… как ему теперь верить?
По голубым глазам читаю эмоции. Злится, волнуется и ещё много всего мне незнакомого. На красивом лице напряжение. Губы поджаты. Металлическая зажигалка прячется в кулаке.
Клим смотрит исключительно мне в глаза. Наверное, тоже пытается прочитать эмоции. Я не собираюсь их скрывать. В моменте мне сегодня было здорово, я на время переключилась. А сейчас снова тоскливо и больно и в носу щиплет.
Зато я не лгу…
— Саня, прости меня, — тихо произносит он. — Я был очень сильно не прав. Ты ушла тогда, я не догнал. Надо было догнать… — скрипит зубами. — Прости меня за то, что наговорил тем утром. И выбрал неправильно. Да и не выбирал, Сань! Я не выбирал её! Там в другом совсем был выбор! Не между тобой и ей. Нет… Я подсознательно всегда выбирал тебя. Но я такой тормоз, Сань! Я не понимал этого. И той ночи не понимал, когда меня снова потянуло именно к тебе. Чувств этих… За нашу ночь я не буду извиняться. Это было настоящее. Всё, что у нас было той ночью, было настоящее, Саш. Меньше всего мне хотелось причинить тебе боль, но всё вышло с точностью наоборот. Я знаю, ты просила пока не лезть, но я должен был тебя увидеть и сказать это, глядя в глаза.