— Саш, ты меня пугаешь! Обаяние у него! Откуда у тебя такие связи? Нет, я понимаю, Ириэль… Что с тобой вообще происходит⁈ — после моих откровений тетушка выглядела еще больше напуганной.
— Вот что происходит: я… тебя… люблю! — я обнял ее, и мы поцеловались.
— Саш, мне страшно за тебя, — она покачала головой. — Надеюсь, ты не собираешься вызывать Дарвинского на дуэль, как в свое время Карпина? — спросила Лебедева, продолжая наш разговор, начатый еще пару часов назад за обедом, когда я рассказал ей об изменения в своих отношениях с Настей и Ольховской.
— Вот за это точно можешь не беспокоиться. Нет оснований. Он меня не оскорблял. И вообще, я его знать не знаю. Скажешь, что он из себя представляет? — я вышел из-под водяных струй, поднялся по ступенькам.
— Я его почти не знаю. Видела раза три-четыре. Это было давно. Но слышала, сведущие люди отзываются о нем неплохо. Могу точно сказать, что Дарвинский — это не негодяй Карпин. Дарвинский — человек приличный, в хорошем смысле консервативный. Если ты желаешь Насте добра, то не цепляйся за нее, позволь ей стать ему любовницей.
— Да он ей в отцы годится. Ему почти пятьдесят! — не согласился я.
— Значит, будет хорошим любовником. Заботливым и не слишком мучающим молодую красотку в постели, — посмеиваясь, госпожа Лебедева вышла из бассейна. — Зато восхищенный ее молодой красотой и все блага мира несущий к ее ножкам. Домкан за одну страстную ночку — это уметь надо! У Насти определенно талант! И держись от нее подальше, если не хочешь тратить на нее все деньги, да еще страдать от ее вольностей!
— Ну, Поль, на больное давишь! — возмутился я и тут вздрогнул — услышал в голове голос Весера.
«Ох, тетушка Поля? Конечно, вставить такой — удовольствие райское», — его ментальный шепот будто сочился похотью.
— Сука! — я дернулся и выругался вслух. Полина Борисовна, схватив полотенце, повернулась ко мне, и я вынужден был пояснить: — Извини, Поль, здесь Весер — призрак. Ну, ты поняла, о ком я. Пожалуйста, прикройся от этого бесстыжего высерка.
Ожидаемого испуга на лице раздетой женщины я не увидел. Неторопливо и с достоинством, она накинула бежевый халат с римским орнаментом и ликом Венеры — их выдавали в банях тем, кто брал номера люкс. Повернулась, оглядывая пространство вокруг, наверное, в поисках признаков Весериуса.
— У него к тебе очень срочный вопрос? — спросила Полина с улыбкой, при этом присматриваясь к жиденькому пару, что поднимался над желобом с горячей водой.
«Сань, дай тело! Дай! Я ее хоть обниму! От твоего имени!» — снова прозвучавший голос магистра не позволил ответить мне сразу.