заживёт – заберу обратно.
Анатолий Михайлович разворачивается, открывает дверь и пропускает меня на выход. Делаю шаг
в коридор – и в этот же миг распахивается дверь делопроизводства. Застываю как вкопанный,
потому что на пороге удивлённо замирает девушка с глазами как у Вари.
То, что это Варя, доходит только через секунду.
55. Зачётная задница
Варя похудела. Сильно. Теперь её глаза занимают половину лица, кажется. Но даже не это меня
сбило с толку. Она стоит в мотоэкипировке – косуха, кожаные штаны, мотоботы.
– Вау, – отмирает она первой. – Зачётная задница.
Рывком поднимаю взгляд обратно на её лицо. Сдержанно улыбается, пристально глядя мне в
глаза.
– Варвара! – дверь за моей спиной, скрипнув, распахивается сильнее и из-за неё выглядывает
возмущённый полковник.
– Ой, пап, – смущённо усмехается Варя, явно не ожидав увидеть его, – я на почту. С
возвращением, Константин.
Захлопнув дверь, она быстро уходит по коридору. Хромоты нет. Смотрю ей вслед, всё ещё не в
силах пошевелиться. Красивая. Коса до пояса почти отросла. И я: толстый, отёкший.
– Ты глаза-то не сломай, – недовольно бухтит Анатолий Михайлович.
Отвисаю и, попрощавшись с ним, быстро ковыляю к окнам между этажами. Они как раз выходят на
выезд со служебной парковки. Прильнув к стеклу, напряжённо наблюдаю за шлагбаумом. Через
минуту туда осторожно подъезжает спортивный мотоцикл красного цвета.
Охуеть…
– Тазз, ты чего там завис? – за спиной слышится голос Ветра.
– Погоду смотрю, – оборачиваюсь со вздохом.
Влад спускается ко мне.
– Что Щукин сказал?
– Завтра выхожу к Пустоцветову в помощь.
– Хорошо, – кивает и, оперевшись бёдрами о подоконник, задумчиво смотрит на дверной проём.
– Анатолий Михайлович скоро мне дела передаст, уже приказ пришёл. Ты давай-ка в себя
приходи, мне замена нужна, долго место не получится держать.
– Угу, – кисло усмехаюсь.
– Угу, – передразнивает меня Ветер. – Я серьёзно, Костян. Я не смогу разорваться.
– Я, хоть убейся, на кость тоже повлиять не могу! – восклицаю в сердцах.
– Холодец жри, – повышает Влад голос и, оттолкнувшись от подоконника, встаёт. – Ладно, мы в
спортзал. Пойдёшь с нами?
– Так мне нельзя пока, – отмазываюсь, потому что на самом деле просто лень и нет
настроения.
– Хватит мне хуй в уши вкручивать, – серьёзно смотрит на меня Ветер и щипает за живот. –
Пошли, пресс поищем.
– Ой блядь, – закатываю глаза и обречённо машу рукой. – Пошли, не отстанешь ведь.
Решаю начать с малого и даже не переодеваюсь. Сажусь на край скамьи для жима.
– Ты теперь будешь не Тазз, а Ортазз, – улыбается Берёза, положив передо мной гантели.