Боишься?
Чувствую, как челюсти сжимаются с лёгким хрустом. Я, конечно, азартный человек, но всему
есть разумные пределы.
– Нет, – усмехаюсь я уже без тени улыбки, серьёзно глядя на неё. – Просто я не настолько
консервативен, чтобы требовать от партнёра в XXI веке штамп в паспорте как пропуск в
кровать.
– Ну вот видишь, – тут же парирует Варя, – у нас уже первый камень преткновения, а мы ещё
даже не начали.
Мне дико хочется сейчас взять и назло ей доказать обратное – что я не боюсь. Я почти
уверен, что стоит мне сказать «выноси паспорт», как она тут же даст заднюю, испугавшись
собственной дерзости. Но идти таким путём, ломая её через колено ради победы в споре, мне
неинтересно. Все эти заскоки, понятное дело, растут из её прошлого, где её бросил жених,
сбежавший после аварии.
– Ладно, – киваю, внезапно чувствуя веселье от этой игры. – Давай просто за ручку погуляем
для начала. Без ультиматумов. А там, глядишь, и про свадьбу решим, когда в детский сад
наиграемся.
– Костя, – закатывает глаза Варя. – Не трать время.
– Моё время, что хочу, то и делаю, – перехватив её за шею, заставляю посмотреть на меня. –
Целовать-то тебя можно или только в щёчку?
– Можно, – фыркает Варя обиженно, и я снова склоняюсь к её губам.
Она отвечает на поцелуй – сдержанно, якобы нехотя, но я чувствую, как напряжено её тело и
как ей самой с трудом даётся это сопротивление.
Ну ничего, ничего, ещё посмотрим, кто кого переиграет.
– Когда тебе на работу? – шепчу, разрывая поцелуй, но не отдаляясь.
– Завтра, – так же тихо выдыхает Варя в ответ.
– Тогда до встречи, – вздыхаю и мои пальцы скользят по её шее, едва касаясь кожи, прежде
чем я окончательно отпускаю её и нажимаю кнопку пятого этажа.
Двери лифта открываются. Варя выходит, не оборачиваясь. Двери снова смыкаются, оставляя
меня одного в медленно ползущей вниз кабине, наполненной запахом её духов. Устало опираюсь о
стенку и закрываю глаза. Хочется постучаться затылком от бессилия, но я боюсь, что застряну.
А ещё хочется вернуться к ребятам и напиться, но вместо этого я достаю телефон и вызываю
такси до дома.
Зато утром я приезжаю на работу раньше, наливаю себе чай и у меня поднимается настроение,
когда я встречаю хмурых, помятых, опухших с похмелья сослуживцев.
– Блин, как хреново-то, – медленно опускается на диван Пророк, морщась и потирая виски. –
Можно? – кивает на колу, стоящую на столе.
– Можно, это я вам и купил, – усмехаюсь. – Там ещё таблеточки от головы.
Я специально заехал с утра и накупил всякой вредной гадости, с которой легче пережить
отвратительное самочувствие.