— Смотри, Руся, как может быть при хреновом раскладе…

Я сделал короткую паузу, обдумав всё ещё раз.

— Если эти дела объединят в одно, то оно, скорее всего, уйдёт в военную прокуратуру, а не городскую. И тут-то Ерёмин своё точно не упустит. У него даже больше возможностей появиться, чтобы душить Вадика. Можно у адвоката уточнить, но он то же самое скажет. А тут ещё эта винтовка с войны всплыла, то точно военный следак будет, сто процентов.

В машине стало тихо, когда все начали обдумывать ситуацию.

— Мляха, — протянул Шустрый. — Вот это западло, конечно.

— Не то слово, Борька, — я кивнул. — И скажет майор Вадику, что я тебе срок помогу скостить, а ты мне — показания. Любые, лишь бы дело закрыть. Даже наврать может, лишь бы бумажку получить. Тут гадать не надо, надо его искать. Ещё и мы по этому делу пойдём. Вот это процесс века будет, мужики.

— Надо его искать, — Шустрый вытер лоб. — Вот хотел же его тогда придушить, пацаны.

Славик с чувством сматерился. Шопен молчал, Царевич тоже, потирая виски.

— Да не ругайся, — Шустрый хмыкнул, глядя на Славу. — Нормально всё будет, Халявыч. Дай лучше мобилу ещё раз посмотреть. Можно позвоню кому-нибудь? Сестре в другой город?

— На! Ты и мёртвого достанешь, — Халява со вздохом протянул телефон назад.

Да, неплохо бы найти Вадика самим.

* * *

Мы снова разделились. Шустрый знает многих, может, услышит, что кто-то приютил беглеца. Ещё больше может подсказать Шопен, он знает многих беспризорников и детдомовских, подкармливает их иногда, а мелкие пацаны что хочешь выяснят, если им дать такую задачу.

А я хотел встретиться с Газоном. Ведь Вадик на кого-то работал, а не сам занимался такими делами. И Газон мог подсказать. Нам он точно поможет.

Слава Халява довёз меня до виадука — моста через железнодорожную станцию, широкую, со множеством путей, и с локомотивным депо, которое разместилось с одного края. Я забрался наверх и там остановился, держась за перила.

Ветер не стихал, но уже не такой холодный, какой был утром. Я осмотрелся: от горизонта до горизонта протянулись бесчисленные грузовые составы.

Газон шёл с другой стороны, придерживая кепку, а с ним важно вышагивал другой человек без шапки. Порывы ветра трепали полы чёрного пальто и уносили в сторону сигаретный дым.

Это Налим, крупный бандит, на которого работает Газон. Вот он-то, значит, и захотел встречи.

— Как по часам, — сказал Налим, с сигаретой в руках останавливаясь у таблички «курить на мосту запрещено».

— Пришёл, — я пожал руку Газону. — Что стряслось?

— Короче, базар такой, — бандит подошёл ближе.