и выпалил из обреза. Солевая дробь угодила мне в ногу. Обычного парня это спугнуло бы, но я засчитал это за личное оскорбление. Рванув вперёд, я ударил гада локтем в солнечное сплетение. Он согнулся в три погибели и захрипел, выпустив обрез из рук. Я поймал двустволку на лету и добил мерзавца прикладом в висок. Все произошло за секунду. Остальным не хватало сноровки. Опомнившись, близнецы ринулись на меня с яростью носорога. Действовали они синхронно, но слишком медленно. Их клинки сверкнули в свете ламп. Но я нажал на курок, и соль впечаталась одному из них в лицо. Воздух разорвал крик боли. Не мешкая, я схватил со стойки бутылку вина и разбил её о голову второго карлика. Он вскрикнул, получив осколком в плечо. Кровь брызнула на зелёные куртки, сделав их алыми. Громила с боевым кличем занёс топор. Я отпрыгнул к стене, лезвие вонзилось в половицу. Пока он тянул рукоятку на себя, я с вертушки отправил его в нокаут. Гигант рухнул, как подкошенный. Зеваки вокруг злорадно заулюлюкали и засмеялись. Еще бы! Это был позор. Я поднял глаза к потолку и навёл дуло обреза на люстру: — Выходи, Степан! Или я всех твоих ребят тут положу! Внезапно со стороны лестницы послышался скрип ступеней. И через несколько секунд ко мне спустился местный авторитет. Борода до пояса, чёрная повязка на глазу, трубка в зубах. Колоритный персонаж… За ним ковыляли те, кого я «ограбил» в подворотне: Щербатый с перевязанной рукой и Хромой с синяком во весь лоб. — Ты либо очень храбрый, либо идиот, — проворчал Степан, выпуская клуб дыма. — Моих людей бить — всё равно что могилу себе копать. — Я ведь могу и большую ямку выкопать, — пожал я плечами. — Все поместятся. — А ты забавный… — махнув мне рукой, сказал Одноглазый и направился к двери за стойкой. Я прошел за ним, и мы оказались в просторном кабинете. — Я пришел с миром. Но твои «люди» первые беспределить начали. — резонно заметил я. — Мне нужен паспорт на имя «Соломон». Песец усмехнулся, сел за массивный дубовый стол и махнул рукой бармену, который мялся в дверях. Бритоголовый тут же подорвался к хозяину и налил ему вина. — Что ж… — сделав глоток и затянувшись трубкой, вздохнул авторитет. — Яйца у тебя есть. Это видно. А я привык иметь дело с мужчинами. Но… — Степан указал взглядом на дверь, за которой находились следы недавнего побоища, и скривился от мычания подстреленного карлика. — Для тебя цена будет втрое выше. Моим людям нужна компенсация. — Сколько? — Пятьсот золотых рублей. — Мои котлы подойдут? Бармен положил на стол перед Одноглазым