Заострил внимание еще потому, что участие в этом деле Максим Сергеевич счел очень важным этапом своей карьеры. Прямо кипятком писался от восторга.

Тут воспоминания тоже всплывали кусками. Наиболее ярко — момент слежки за этим Пеньковским. Он был сотрудником ГРУ. Не простым сотрудником, а с серьёзным статусом и положением. Не знаю, чего не хватало товарищу. Наверное, мозгов. Он сам навязался на работу с американцами и англичанами. И вот его, как раз, вели чекисты. Максим Сергеевич попал в фазу активной работы.

Пеньковский жил в доме по набережной Максима Горького вместе с женой, двумя дочерьми и своей матерью. Для того, чтобы получить точные и убедительные доказательства шпионской деятельности Пеньковского, Комитет тогда осуществил беспрецедентную в практике спецслужб техническую операцию. По дну Москвы-реки к чердаку в доме напротив, на Гончарной набережной, был протянут кабель, управляющий кинокамерой в ящике для цветочной рассады, находившемся на балконе этажом выше квартиры Пеньковского. С помощью кинокамеры была произведена съёмка предателя в момент, когда он переснимал на подоконнике секретные документы.

По мне, если честно ничего уж "этакого" в данном моменте нет. Однако, я — человек избалованный современными достижениями и разработками. Беляев же эту операцию считал верхом профессионализма. А ещё, по мне, надо быть полным идиотом, чтоб на окне своей квартиры фотографировать сведения, которые ты планируешь передать их врагу. Это не шпион, это псих какой-то.

В памяти Максима Сергеевича ярко запечатлелся день, когда слежка подошла к закономерному финалу. Пеньковского вели долго. Не арестовывали по определенным причинам. Но момент настал.

Он должен был вылететь в США, откуда планировал уже не возвращаться. Однако Комитет подстроил оказию, вследствие которой Пеньковский получил лёгкую инфекцию жизненно важных органов. Его одежду тайно обработали веществом, вызвавшим сыпь на мужском достоинстве. Ясное дело, мужика стегануло и он побежал к доктору. Ударили по больному, злые чекисты.

Доктор, в свою очередь, пригласил на прием и жену Пеньковского. Мол, дело это семейное, надо разобраться, кто такую мерзость подцепил. Пока супруга Пеньковского была в кабинете врача, оперативники достали из кармана ее пальто ключ от квартиры, в соседнем кабинете сделали дубликат и отправились на обыск. Через некоторое время супруга этого товарища пошла домой, а Пеньковского прямо из палаты привезли в здание КГБ на Лубянке.

Вот с Александром Васильевичем Беляев познакомился именно в процессе следствия. Уж не знаю, чем запал молодой чекист тогда еще подполковнику в душу, но именно его он привлёк к делу Ершова, спустя три года. Хотя, в тот момент никто из этого семейства не скрывался. Наоборот, Виктор Николаевич постоянно был на виду. Даже как-то слишком на виду. Он будто специально делал все напоказ, чтоб чекисты однозначно уверились, подвоха можно не ждать.