— Чё делать будем? Может, покатимся вниз по берегу? — картаво шептал один из пленников.

— Дурак, там река, утонешь за две минуты. Лежи, жди приговора, — отвечал более разумный из побегушников.

Я посмотрел на часы, время подходило к половине пятого утра, придётся вставать. Не спеша оделся и вышел из палатки. Сходил за водой, набрал котелок, разжёг костёр и повесил воду кипятиться. После этого умылся, почистил зубы и присел у пленников.

— Что делать с вами, оболтусы? Почему бежали, у вас же сроки маленькие, не могли потерпеть?

— Не куда было деваться, начальник, — сразу увидел во мне мента сообразительный уголовник. — Кум замучил (кум — заместитель начальника лагеря по оперативной работе), деньги трясёт, откуда они у нас? А он пугает, что по УДО не пустит. Запишет нам пару ШИЗО (штрафной изолятор), чтобы комиссия на УДО не пропустила и придётся ещё полтора года сидеть. Теперь и вовсе, хоть не топись. После побега точно срок добавят.

— Как были тупыми, так и остались дураками. Сколько вы уже бегаете?

— Три дня, а что? — поднял голову мой собеседник.

— Давно надо было пару писем отправить, да застучать этого кума, что деньги вымогает.

— Куда писать-то? — заинтересовались эти неповзрослевшие дети. Я подробно объяснил, кому и как писать, что указывать и так далее. Потом вскипела вода, развязал побегушникам руки и намазал по четыре бутерброда. Позавтракал с ними, потом попили чай, я из кружки, они из самодельных берестяных стаканчиков. Закончив с завтраком, я сложил свои пожитки, надел рюкзак и показал беглым зэкам на мешки.

— Всё это вам придётся нести до Ревды. Сейчас развяжу вам ноги, и вы быстрым шагом понесёте мои пожитки до железнодорожного вокзала Ревды. Там я покупаю конверты с бумагой, вы быстро пишете жалобы, кому надо, опускаете в почтовые ящики и сдаётесь вокзальной милиции. Поняли? — Уголовники охотно кивнули, подмигивая друг другу.

Я спокойно развязал обоих и отступил назад, пока они растирали затёкшие ноги. Но дураки остаются дураками. Не прошло и нескольких секунд, как оба бросились на меня, чтобы получить кулаками в грудь и отлететь от удара на землю. А все попытки подняться не получались из-за парализованных ног.

— Раз не хотите нести, оставайтесь, может от голода сдохнете, может, кто найдёт, если повезёт. — Я спокойно взвалил себе на плечи тяжёлые мешки с солёными и маринованными грибами, копчёной рыбой и прочим хозяйством, чтобы не спеша двинуться пешком вдоль Чусовой. Не прошёл и ста метров, как до беглецов дошло — впереди только смерть от голода, люди здесь не ходят.