— У тебя я слышал, ноги больные, — утвердительно сообщил я.

— Ноги? — удивился он. — От кого слышал? Ольга моя растрепалась? Вот я ей!

Коля улыбнулся.

— Справлялся я о тебе, да. Так, что у тебя с ногами? Комиссию пройдёшь?

— Да, в порядке всё! Застудил немного на зимней рыбалке. Под лёд провалился и вылезти не мог, представляешь? Думал и член там оставлю. Яйца аж звенели, когда меня вытащили. Смирнов, знакомый, помог. Он директором угольного разреза был. Сейчас у него свой бизнес. С Китаем торгует. Меня к себе зовёт, но я ведь не торгаш.

До его «кризиса» оставалось совсем немного времени. Коля уже был в дурдоме на Шепеткова, но об этом пока умалчивал.

— Интересно, как он собирается проходить комиссию? — подумал я. — Ведь справку нужно брать. Что не состоишь на учёте…

— Ты, короче, иди в кадры. Тебе дадут направление на комиссию. Признают годным к работе в море, посажу на лучший пароход.

— Вот, спасибо, Мишка! — искренне обрадовался Коля.

— Да не за что, пока. Давай, заходи!

И мы пожали друг другу руки. А я подумал, что вот ещё одна угроза обществу и, в частности, моему здешнему и моих родных существованию. Вот я и подумал, а не попробовать ли «исцелить» Николая Ивановича Пенкова? Пока он ещё не шагнул за черту очередного безумия.

— Кстати, — подумал я. — А не получилось ли так, что из-за того, что его не взяли на работу, как тут говорили, «в моря», Коля и сошёл с ума. Ольга — его жена — так и говорила, что Колю не взяли в море из-за его ног, вот он и сорвался с катушек. Он же спокоен раньше был, как скала. А в тихом омуте, ясно кто водится. А тут…

Я не помнил, чтобы Пеньков приходил проситься на работу. Все входящие кадры шли через меня. Я просто пробегал списки глазами. Мне этого было достаточно, чтобы вычленить, тех, кого знал раньше и запомнить всех. Не было Коли Пенькова в тех списках. Да и Ольга бы зашла ко мне, если бы его не брали.

Я набрал номер зама по кадрам ВБТРФ. Хоть и курировал я завод, но всё-таки был президентом компании.

— Слушай, Егор Кузьмич. Тут к тебе в кадры должен Пеньков зайти Николай Иванович. Это мой бывший сослуживец по комсомолу, но пусть его наша эсбэ проверит получше. Тщательнее. Парень он был надёжный и планирую я его продвинуть, но всё течёт всё меняется. Вдруг болел он чем-то, или связи порочащие заимел, хе-хе… Ну, понимаешь?

— Понимаю, Михаил Васильевич. Исполним.

— Спасибо.

Потом я позвонил заму Григорьева по безопасности.

— Такое дело, Игорь… Запиши фамилию: Смирнов Георгий Леонидович, бывший директор угольного разреза в Новошахтинске. Узнать про него всё.