(Не) та истинная генерала. Вернуть дракона
Несмываемый позор (от лица Жун Бао)
Она спала в его постели.
Эта мысль не давала Жун Бао покоя всю ночь, и даже когда утро почтисменилось днем, он никак не мог вернуть себе привычное равновесие. Линь Юэ дышала ровно и глубоко, ни разу не проснулась, не заворочалась. Просто спала, как будто это было самое обычное дело в мире.
Он смотрел на нее через духовное сознание и не понимал. Когда она забралась под одеяло, он решил, что она либо безумна, либо настолько наивна, что не осознает всей опасности своего поступка. Девушка, выросшая вдали от мужчин, могла не знать, на что они способны. Это казалось единственным разумным объяснением ее поведения. Только полное неведение могло заставить женщину так спокойно лечь рядом с незнакомым мужчиной, пусть даже и прикованным к постели.
Но когда в спальню вломились слуги, Жун Бао понял, что ошибался.Девушка моментально догадалась, почему на нее так смотрят и испугалась, нарянув на себя одеяло.
Слуги увидели вЛинь Юэ легкуюдобычу, и от этого в груди Жун Бао поднялась такая волна ледяной ярости, какой он не испытывал даже в день предательства Фэн Мо. Эти ничтожества, эти крысы, посмелиподнять глаза на ту, кто формально носила его имя и находилась под его защитой. Пусть брак не был завершен, пусть он сам не желал его, да к тому же это вообще была самозванка— но мир видел в ней жену повелителя Северных гор. И эти твари осмелились смотреть на нее как на вещь, которую можно взять, потому что ее муж не может подняться с постели.
Он обрушил на них свое духовное давление. Сознание резануло по чужим аурам, как лезвие по гнилой ткани, и они почувствовали,что в комнате есть кто-то сильный и готовыйразорвать их в клочья, если они сделают еще хоть один шаг. Трусливые твари тут же сбежали.
Это был не первый раз, когда его комната подвергалась подобной угрозе. В первые дни после ранения слуги еще не знали, что их прежний господин может быть опасен, даже если парализован. Некоторые из них пытались поживиться тем, что находилось в спальне. Жун Бао тогда, собрав всю свою волю в кулак, обрушил на них духовное давление с такой силой, что один из нападавших навсегда лишился рассудка, а остальные разбежались с дикими криками. С тех пор в его спальню никто не входил без крайней необходимости.Но чужая память оказалась слишком короткой и сейчас пришлось повторить урок.
Линь Юэ поблагодарила его. Он не ожидал этого — привык, что если его и благодарят, то исключительно из желания польстить.
И тут она снова начала переодеваться, всего лишь отойдя за тонкую узорную ширму, а Жун Бао осознал, что даже предыдущее столкновение ее ничему не научило. Правда, в этот раз она надела больше слоев одежды, чем прежде, и пояса затянула так крепко, что с трудом сможет их развязать.