По сюжету предполагалось, что Ли Чэньюэ девственница и почти ничего не знает про интимные отношения, поэтому Линь Юэ приняла невинный вид и постаралась выражаться как можно более обтекаемо:
- Вы сказали, что раз я говорила с Ма Дунфаном, то это измена. Значит, кошколюди могут делать это прямо на улице? И у всех на виду?! Совсем как обычные коты?
- Дура! - от возмущения и отвращения Фэн Мо даже отшатнулся и принялся ругать эту ненормальную человеческую женщину, а та вновь начала рыдать.
Раздраженный злодей, сердито дергая хвостом, наконец ушел, а Линь Юэ еще некоторое время всхлипывала по инерции. Похоже, ее план сработал, и про аптеки Фэн Мо ничего спрашивать не стал. Впрочем, даже если бы и спросил, попаданка принялась бы рассказывать, какие чудесные крема и маски для кожи и волос она могла бы сделать из всех купленных ингредиентов.
- Нежный какой злодей, - фыркнула она, когда убедилась, что он ушел достаточно далеко. - И чего так кричать? Его бы на нудистский пляж, там его, наверное, вообще удар бы хватил.
Взгляд Линь Юэ упал на Жун Бао, и она пояснила для него:
- Нудистский пляж - это где все купаются совсем голые. Помнишь, я тебе показывала фотографии своего мира? Среди них было несколько штук, где я на море. Так вот, нудистские пляжи - это почти то же самое, только люди там без купальников. Наверное, жутко неприлично по вашим меркам, хотя, чисто логически, кошколюди должны не любить одежду куда больше чем люди. Она же вам и мех натирает, и хвостам наверняка неудобно.
Весь последующий день попаданка провела за чтением, и совершенно не подозревала, что Жун Бао в это время терзался вопросом, откуда она знает про нудистские пляжи и не ходит ли туда сама.
Бао-Бао
Стресс последних дней, накопившаяся усталость и постоянное напряжениенаконец дали о себе знать, и этой ночью Линь Юэ спала прерывисто и тревожно. Сон был тяжелым, полным липкого, иррационального ужаса. Ей приснилось, что еесхватили чьи-то грубые руки, запихнули в огромный мешок и куда-то потащили. Она задыхалась от запаха пыли, старой ткани и чего-то кислого, брыкалась, извивалась всем телом, но плотная материя лишь сильнее обхватывала ее, лишая возможности сделать даже глубокий вдох. Казалось, мешок разрастается, поглощая не только еетело, но и остатки надежды, света и воздуха.
Она почти отчаялась, чувствуя, как паника ледяными когтями сжимает сердце и вот-вот поглотит сознание целиком, когда вдруг еепальцы нащупали что-то мягкое. Рванув ткань на себя изовсех оставшихсясил, она проделала дыру и вывалилась наружу.