Несмотря на то что его собственные меридианы все еще были заблокированы ядом, он оставался несоизмеримо более сильным заклинателем. Ему не составило труда взять под контроль их общую энергию и направить ее в тело Линь Юэ. Он щедро делился своей силой, очищая ее каналы от той мутной отравы, что он же в нее и влил. Процесс был похож на то, как если бы он смывал грязь с неограненного драгоценного камня чистой родниковой водой - медленно, тщательно, не пропуская ни одного уголка, ни одной трещинки.
Противоядие, недавно принятое ей, немного помогало в процессе очищения, но оно действовало куда медленнее. Жун Бао пришлось самому собирать и концентрировать яд вокруг пилюль, чтобы они быстрее впитали в себя отраву.
Духовным зрением Бао видел, как ее меридианы постепенно очищаются и расширяются, начинают светиться ровным сиянием. Он чувствовал, как его Ци проникает в самые глубокие слои ее тела, укрепляя их, наполняя жизнью. Теперь энергия текла в ней свободно и легко, не встречая препятствий. Он чувствовал ее Ци - теплую, живую, пульсирующую в собственном ритме - и аккуратно смешивал со своей собственной, добиваясь того, чтобы она стала чище и сильнее. Каждое его прикосновение к ее энергетическим каналам отдавалось в нем самом тупой болью, но он не обращал на это внимания, полностью сосредоточившись на процессе. Он стиснул зубы, когда особенно сильная волна боли прошла по его груди и животу, но не остановился. Он не имел права останавливаться.
После выведения яда из ее тела, было не так уж сложно поднять ее со ступени «Очищения Ци» до «Закалки Тела». Первая ступень была лишь самым началом пути, когда адепты учились впитывать Ци из окружающей среды, очищать и накапливать в себе. А на второй ступени Ци уже становилось столько, что она непосредственно влияла на тело, укрепляя и закаляя его. Если бы уровень Линь Юэ был выше, то ему пришлось бы куда тяжелее.
Он щедро вливал в нее свою Ци, чувствуя, как ее тело жадно впитывает силу и перестраивается. Его сила растекалась по ее телу, укрепляя мышцы, кости, внутренние органы - все то, что составляло основу ее физической оболочки. Она дышала ровно и глубоко, не просыпаясь, но ее тело уже реагировало на изменения - ее кожа слегка порозовела, а пульс участился, хотя она сама этого не осознавала.
А вот у самого Жун Бао дыхание стало тяжелым, и сердце билось быстрее обычного, но он не останавливался. Он делал все это, чтобы искупить свою вину. Воспоминания о том, как она улыбалась и помогала ему, когда он был слаб и беспомощен, придавали сил и позволяли продолжать, даже если тело требовало остановиться.