— Думаю, да. Если сено прямо сейчас начнем сушить и веток наготовим. Ой!

Говоривший тут же побледнел и закрыл рот обеими руками, и стало понятно, что если я не начну потихоньку побеждать людские страхи, косить то сено и ломать ветки придется мне. Так же, как и рыбачить и охотиться.

В итоге постановили купить одну козу, десять кур-несушек и зерна этим курицам на прокорм. Несколько литров молока на такую ораву — это, конечно, капля в море, но сварить кашу хватит, и детям по полстаканчика выделить. И яйца зимой будут просто роскошью.

Поняв, что прямо сейчас никого ни в лес, ни на озеро мне выгнать не удастся, я потребовала достать мне сеть или изобразить ее из имеющихся огрызков, которыми передо мной тут же потрясли, а потом отправила народ разгребать дом.

— Выносим просто все. Весь тот ужас, что вы называете матрасами, все подстилки, все лежанки, сносим все загородки и выметаем весь мусор. Остаться должны одни стены. А спать мы сегодня будем вот здесь, под звездным небом. И ничего с вами не случится! Я же буду рядом.

Вместе с Зареном мы обошли территорию и определили место под туалеты. Пяти кабинок должно было хватить, но начать нужно хотя бы с одной и срочно, потому что имеющимся узким и щелястым скворечником пользоваться было почти невозможно. Отрядив двоих мужчин копать яму, я пошла взглянуть на реку, о которой мне рассказали. В этой части своей тюрьмы я еще не бывала.

Река была не очень широкой, и по сравнению с заросшим озером, ее берега, лишь немного там-сям прикрытые невысокими ивами, казались лысыми. Зато они были глинистыми! Обрадовавшись, я попробовала поковырять склон палкой и помяла в руке добытый грунт. Очень даже неплохая желтая глина, грязная, конечно, с растительными остатками, но это можно исправить. Итого у нас есть и глина, и песок — штукатурь дом сколько угодно!

На наши земли река заходила лишь одним своим изгибом, а дальше мчала воды к замку местного герцога, и не найдя никаких отметок непосредственно на берегу, я спросила у Зарена:

— А тут как граница пролегает, тот берег еще проклятый или уже нет?

— Где-то посередине реки, леди Черная Хозяйка. Сам я не плавал, но у Чудрого есть челн, и он говорил, что как за середину заплывешь, сразу отпускает.

— Чудрый? — удивилась я забавному имени.

— Кличка такая, — смутился Зарен. — Они ж тут все…

Слово «каторга» повисло недосказанным, а Зарен нервно оглянулся по сторонам. Но никакие злые каторжники к нам не подкрадывались, только на противоположном берегу из-за кустов выглядывали несколько подростков с удочками в руках, и даже отсюда были видны их круглые испуганные глаза. Похоже, информация о поселившейся рядом злой ведьме пошла в народ.