— Вот что мне интересно, леди Нойр, так это откуда такое красноречие и талант к лицедейству? Мне рассказывали, что на суде вы не проронили ни слова. Отчего же не показали свой спектакль там? Неужели потому, что перед теми, кто видел ваши преступления своими глазами, врать смысла не имеет?

Да уж понятно, почему молчала Мелисса. Она-то лично отвечать за содеянное и не собиралась, а что там будет дальше с ее телом и со мной, ее очевидно не волновало. Еще и выгоднее избавиться от старой оболочки с концами, чтобы никто и никогда точно не узнал, что она избежала наказания.

— Вы когда-нибудь пробовали прервать монолог графа Бордена? — спросила я, вспомнив, как упивался своей ролью обвинитель. — Конечно, для вас это проблем не составит. Но вот всем, кто не герцог…

— Да как вы смеете! — обрывая меня, заорал граф, а я только улыбнулась и развела руками. Мол, вот пожалуйста, смотрите сами.

— Вы лгунья, — отрезал герцог Норден, и еще несколько мгновений посмотрев мне в глаза, обратился к тем, кто так и стоял за моей спиной. — Уходите отсюда. Не ждите зимы, не затягивайте. На этих землях жить нельзя, это место проклято, вы же сами это чувствуете.

Чудище и правда давило, похоже, гости ему не нравились. Показалось, что даже широкие плечи герцога Нордена чуть-чуть поникли с тех пор, как он оказался по нашу сторону границы. А нечего было с коня слезать и устраивать тут свару!

Поняв, что встречу нужно быстренько завершать, пока не случилось еще чего-нибудь — вон уже какие-то подозрительные тучи собираются, а ведь вот только что облака были словно вата, белые и пушистые — я повернулась к визитерам из деревни, которые на наши разбирательства смотрели, открыв рот. И что обидно — совершенно бесплатно.

— Ну хорошо поболтали, познакомились, — сказала я им, помахав рукой. — Увидимся еще. Жду ватник!

И не прощаясь с Его Светлостью направилась к дому. Все эти разговоры о ватниках окончательно заставили меня замерзнуть, пора надеть что-то посущественнее бальных тряпок Мелиссы. Не то чтобы у меня был особый выбор, но одно из платьев я отдала Нирке, получив взамен вязанную кофту.

Нирка была счастлива, хотя в платье влезть и не смогла. Девахой она была, несмотря на юный возраст, высокой, видной, с широкой костью и приличными формами. Кровь с молоком. Я пообещала ей при возможности раздобыть кусок подходящей ткани и сделать в платье вставку.

Граф Борден что-то кричал вслед, со стороны герцога Нордена возражений я не услышала, а оглядываться не пожелала. Мне нужно было думать, как восстановить микроклимат в коллективе. Народ шел назад поникшим, и вид нашего полуразрушенного дома исправить настроение точно не мог. Герцог Норден знал куда бить, все теперь явно переживали за нашу будущую зимовку, и вера в успех испарялась на глазах.