— Черная магия?.. — шепотом спросил кто-то, видя изумление на обычно каменном лице дегустатора.

— Да плевать, — отрезал Рест, и с таким энтузиазмом принялся перекладывать рыбу в свою миску, что перед народом замаячила перспектива остаться без обеда.

— Отойди уже, — возмутилась Арда, — мы тоже хотим зелья Манез!

Следующие несколько минут на нашей обеденной поляне царила тишина, нарушаемая только стуком ложек и стонами удовольствия. И неожиданным визитером.

— Доброго дня, — несколько смущенно поздоровался виконт Лавье, подходя к костру. Солдат и лошадей он, видимо, как обычно оставил у границы. — Прошу меня простить, леди Нойр, но завтра я будут несколько занят, поэтому решился вас потревожить. Возможно ли будет сверить списки сегодня?

Какой он милый и вежливый.

— Да никаких проблем, — сказала я, — присаживайтесь, выпейте с нами чаю. Несколько минут и мы будем готовы.

Ели мы всегда так, будто участвовали в состязаниях на скорость. Двадцать восемь человек, с утра до ночи работающих на свежем воздухе. Да мы были голодными почти постоянно, тут зазеваешься — крошки хлеба не достанется.

Виконту Лавье от предложенной чести очень хотелось отказаться. Это ясно читалось у него на лице, но как джентльмен, он не желал обижать леди в моем лице, поэтому осторожно принял из рук Арды коричневую глиняную тарелочку нашего производства.

Круглой эта тарелка была весьма условно, один край получился толще другого, но зато чистая и новая, без сколов, не стыдно и герцогу подать. Посуда, впрочем, гостя совсем не занимала, он с таким подозрением смотрел на выданный ему бутерброд, что вряд ли вообще заметил, на чем он лежит. Даже обидно. Я старалась.

— Вкусно… — удивленно сказал виконт Лавье, наконец, отважившись попробовать угощение Проклятых земель. — Необычно. Это что такое?

— Леди Хозяйка черной магией намешала, — радостно доложил Перс, едва не вылизывая свою миску. — Сначала все было жидким, но леди Хозяйка слова всякие говорила, и раз! Оно начало густеть, потом менять цвет… Никогда такого не видел!

После такой презентации оторопевший виконт замер и, полагаю, не выплюнул ведьмовское блюдо только потому, что боялся уронить честь дворянина и офицера. А мне стало ужасно неловко. Хорошо, хотя бы краснеть тело Мелиссы было совершенно не склонно, ведь я хорошо помнила, какие именно слова говорила, забыв обо всем на свете. А ведь тут и дети есть!

Виконт между тем на меня смотрел весьма сурово, и я поспешила с объяснениями, не сомневаясь, что в противном случае об изготовлении черномагической еды будет тут же доложено Его Светлости герцогу Нордену.