– Ага, спасибо, – едва слышно сказал Миша и, уже не скрываясь, посмотрел в сторону Маши. Девушка, взглянув на него в ответ, еще раз улыбнулась, и жестом поблагодарив его, повернулась обратно в сторону педагога. «Жаль, что она не обратилась в этот раз напрямую ко мне. Наверное, просто не хочет, чтобы я обо всем догадался. Нет, ну она точно специально это сделала, – взволновался про себя Миша. – Неужели у Тани или еще у кого поблизости больше не было линейки, а? Конечно были! Она просто ищет повод, чтобы подружиться. А я… я не против. Если бы на моем месте был бы Лешка, то он бы точно ответил какой-нибудь грубостью или унизительной шуточкой. А если бы Дима, то он и вовсе бы ничего не заметил. Хорошо, что ее внимание упало именно на меня. Или все-таки нет никакого внимания?»

На перемене Миша подошел к стенгазете на четвертом этаже. В верхнем уголке стенгазеты была его написанная от руки статья, в которой рассказывалось о школьных происшествиях на прошедшей неделе. Почувствовав, что кто-то подошел к нему, Миша обернулся: рядом с ним стояла староста из параллельного класса и незнакомый ему мальчик явно помладше.

– Что, уже нашел материал для новой статьи? – спросила староста, улыбаясь.

– Пока нет, – уныло пробормотал Миша.

– А напиши о школьных хулиганах?

– Что?

– Что, слабо? – подразнивая, переспросила староста.

– А вот и не слабо. Всему свое время, просто голова немного другим забита.

– Вот и посмотрим. Никто из журналистов почему-то не взялся осветить хотя бы инцидент с вашим Бобровым. Он в прошлый раз нашего Федю побил.

– Да знаю я, видел.

– Да не бойся ты, тебя ваш главный редактор прикроет, на худой конец.

– Да ничего я не боюсь! – уже раздраженно ответил Миша.

– Ну вот и напиши, раз не боишься.

– Неудивительно, – произнес рядом стоящий мальчик. – Если школьная пресса боится даже хулиганов, то об автобусе и подавно никто никогда не напишет.

– Что?! – удивленно переспросил Миша.

– А что, разве я не правду сказал? – продолжил мальчишка. – О нем никто не говорит, хотя все о нем знают. Потому что боятся.

– О каком автобусе идет речь? – Миша обернулся к незнакомцу и тревожно посмотрел на него.

– Ты знаешь, о каком, о черном. По глазам вижу, что знаешь, вон как испугался.

Миша сразу же достал из кармана школьного пиджака карандаш с блокнотом и, открыв его, внимательно посмотрел на мальчика:

– Как тебя зовут? Из какого ты класса?

– А зачем тебе? Не скажу! – твердо ответил мальчишка.

– Да ты совсем спятил, – староста засмеялась. – Ты эти байки малолеток записывать собрался?

– Ничего это не байки! – возмутился мальчик. – Все о нем знают.