Началась беспорядочная стрельба.

Плазменные шары летали, как Хэд на душу положит. И Дерен понял, что алайцы так одурманены вонью своей «гусеницы», продолжающей извиваться на подсвеченном факелами помосте, что совершенно одурели и не понимают: померещился им незваный гость или действительно был?

Дерен подхватил «пушку» упавшего охранника и начал медленно отступать к лестнице, пытаясь на ходу разобраться в устройстве незнакомого оружия.

Сейчас ведь найдутся и те, кто потрезвее. И сообразят проверить лестницу.

Он угадал: несколько боевиков кинулись было к выходу. Но очередная вспышка осветила незваного гостя, и они остановились.

Среди алайцев хватало тех, кто знал Дерена в лицо. А ведь «крокодилы» с трудом различают лица генетически подчищенных от видового разнообразия имперцев.

— Перпсефона! — заорали откуда-то слева.

Дерен поднял руку в запрещающем жесте. И продолжал пятиться.

Раз опознали — дадут отойти. Потом, конечно, будет не очень крупный дипломатический скандал, но это пусть капитан разбирается. А сейчас нужно думать о том, как найти катер, на котором увезли Сайко.

Что же делать? Лететь на «Патти» на тихоходном наёмном «такси» — терять кучу времени…

Администрат, что ли захватить?

Одним скандалом больше, одним меньше… После похищения наследницы прошло уже двадцать три минуты, и вопрос времени становился критическим.

Дерену оставалось сделать ещё с десяток шагов до лестницы, дальше можно было отступать быстрее.

Он взвесил в руках «пушку» — тяжёлая. Администрат он мог захватить и без неё, но… почему бы и не с ней?

И тут из ямы раздался чей-то обиженный рёв, потом вспышка… и Дерен понял — чего не учёл. Опьянения незнакомым запахом. Кто-то из потерявших чувство реальности боевиков всё-таки выстрелил вслед пришельцу!

Шар раскалённой плазмы ударил пилоту в грудь.

Дерен был даже не в лётном комбинезоне — в костюме. Ему же приходилось выгуливать в городе наследницу.

Костюм он подобрал удобный, не мешающий погоне или драке, но это совсем не броня. Под костюмом имелась, конечно, и тонкая сеточка домагнитной защиты. Но мощность батареи была рассчитана не на армейские гэты, которыми в массе были вооружены боевики.

Дерен ощутил такой сильный удар, что не удержался на ногах. Дыхание перехватило, лицо обожгло близким жаром, и слёзы хлынули из глаз.

Но, к его удивлению, домагнитка всё-таки выдержала. Наверное, потому, что часть плазменного удара приняла на себя алайская «пушка», которую он прижимал к груди.

Огненный шар не взорвался. Он замигал, частично теряя энергию, закрутился от контакта с домагнитным полем и… улетел обратно, к своему зелёному хозяину.