— Вот, дочь, привез, как ты просила, — борясь со спазмами в горле, произнес Максим. — Кот Кузьма и собака Дружок.

— Спасибо, пап, они симпатяшки, я их буду любить, — Вероника подтянула тяжелого щенка повыше. — Мама сказала, что ты опять уходишь на задание?

— Да, дочь, ухожу. Времена тяжелые, нужно много работать, — Максим потрепал Веронику по волосам и прижал к себе, прикрыв глаза.

Маша всхлипнула и тихонько заскулила. Поддавшись порыву, она обняла мужа и дочь, и дала ревака. Алла, присутствовавшая на сентиментальной встрече супружеской четы, не стала мешать им изливать свои чувства. Ее сомнения насчет того, остался ли Максим прежним или умело играет, в этот момент склонились к первому варианту. Все его чувства: страдание, горечь, радость встречи и умиление отражались на лице, в изменившихся глазах, пугающих чужой глубиной, но человеческими эмоциями. Если бы не информация о новом типе людей, полученная из нескольких источников, то она может быть и разрешила бы Максиму и остальным членам его отряда жить в той части общины, которая находилась под воздействием черного спектра. Но истории о ретрансляторах, черных душах, сатанистах, инфернах, якобы вставших на службу «Черному спектру», заставили ее быть осмотрительнее.

Алла выбрала удаленное сотрудничество на безвозмездной основе. Максим со своими обращенными бойцами собирал бы для общины ценные сведения в недоступных простым смертным местах, а за это она устраивала бы ему свидания с семьей. Алла не знала, насколько измененное сознание нуждается в этом, но, глядя на то, что происходило перед ее глазами, верила, что Максим постарается быть полезным.

Отец поцеловал Веронику в волосы на прощание, поднялся и утер слезы. Дружок выпал из ее ослабевших рук и шмякнулся под ноги, где и остался лежать, взирая на людей серо-голубыми щенячьими глазенками. Вероника взяла Кузьму в обе ладошки и подняла вверх. Котенок беззвучно открыл рот.

— Теперь у тебя, дочь, есть малыши, о которых надо заботиться. Ты сама как мама, — поучительно произнес Максим.

— Хорошо, пап, я их воспитаю как надо, — пообещала Вероника.

Маша снова кинулась Максиму в объятья и поцеловала его в губы, щеки, лоб.

— Маш, Маш, ладно, — Максим нежно отстранил ее от себя и нечаянно на одно мгновение заглянул ей в глаза.

Супруга резко отстранилась, посмотрела на Максима так, будто впервые его увидела. Подхватила с земли Дружка и потянула за собой дочь.

— Идем, Ника, нам пора.

Дочь побежала за торопливо идущей матерью, бросая ничего не понимающий взгляд на отца. Максим смотрел им вслед и ненавидел себя за то, что отдал приказ идти к зоне. Роковая ошибка забрала всё, чем он дорожил, компенсировав это сомнительными способностями.