Николай выглянул через борт и сгруппировался в комок. Максим успел только зажмуриться. Раздался удар и невыносимый металлический скрежет, передающийся телу через корпус платформы. Впрочем, он быстро замолк. Но расслабляться было рано: по бортам хлестко ударили пули. Одна из них попала в корпус котла и, отрикошетив от него, вонзилась в доску над головой Максима. Макар, не дожидаясь команды, кинулся к пулемету. Оружие было взведено заранее, поэтому он сразу открыл огонь.

Набравшись храбрости, Максим приподнял голову выше уровня борта. Колонна, которую они видели на дороге, только подъезжала к переезду. Из башен броневиков полыхнул огонь, разошедшийся веером трассирующих пуль. По платформе пробежался частый стук попаданий. Две пули взмыли вертикально, взмылив небо желтыми шарами. Макар не испугался. Сделал три коротких очереди, всадив несколько пуль в борт броневика. Его меткая стрельба заставила колонну спрятаться за лесом. Через несколько секунд над деревьями поднялся черный дым.

Пути повернули, скрыв паровоз от огня преследователей. Николай поднялся, отряхнулся и сбавил ход машине.

— Что-что, а стрелять вы умеете, — признал он. — Пойдем, проверим новые дырки.

Макар был доволен собой.

— Хороший станок, — он погладил щиток пулемета. — Очень удобно стрелять.

— А еще патроны мы зарядили бронебойно-зажигательные, как чуяли, что пригодятся, — Николай засмеялся и полез под стол — искать свою недопитую бутылку.

Он начал громко ругаться, и, когда появился из-под стола, в руках у него было отбитое горлышко.

— Не, ну не сволочи, а? По бутылкам решили пострелять, — Николай в сердцах выбросил соколки за борт. Полез в припасы и вынул другую. Сделал глоток и блаженно улыбнулся.

— Перенервничал немного, — признался командир паровоза. — Будет кто? — предложил он угоститься.

— Нет, спасибо, — Максим отказался.

— Рано еще, — Макар тоже не стал соблазняться.

— Выпить никогда не бывает рано и никогда не бывает поздно, — Николай сделал еще глоток. — Ну, чтобы не смяречиться!

После двух глотков он убрал бутылку. Затем убрал выставленный перед паровозом отвал-отбойник.

— Обычно мы используем его для разгребания сугробов, а тут вон для чего пригодился. Признаться, я боялся, что он не выдержит, — глаза у Николая горели не только из-за алкоголя, но и после пережитого волнения. Сейчас у него прослеживалась эйфория, обычно наступающая у людей после удачного боя. — Вернемся, будет, что рассказать дома.

Максим не собирался радоваться раньше времени. Знал, что преследователи просто так не отстанут. Теперь они затравили их как следует, так что стоило ждать действий, направленных на опережение. Благо, железнодорожные пути давали им возможность заранее предугадать движение паровоза. Наиболее вероятным местом для засады Максим посчитал расстояние, оставшееся до «мертвого пояса». За ним у «партнеров» могло не быть такой власти, чтобы устраивать погоню. Хотелось верить, что немые друзья Фирлеза все так же сопротивляются вторжению в свои угодья.