Максим проверил пути. Впереди было чисто. Бросил в печку угля и добавил хода. Пока он разбирался с делами, самолет пропал из вида. Он уже решил, что тот улетел от греха подальше, решив сэкономить родной общине дорогую боевую единицу, но оказалось, ошибся. Самолет вылетел наперерез, прикрывшись лесом, взмыл вверх над головой, уместно предположив, что ствол пулемета на такой угол не поднимется и, как оказалось, еще и для прицельного бомбометания.

Вниз, прямо на голову Максима, полетела черная точка. Он уже ничего не успевал сделать. Сбросил со стула Макара и накрыл его своим телом. Взрыв раздался совсем рядом. Платформа подскочила, громко лязгнув колесами. Максим приготовился к крушению, но паровоз, еще раз ударившись задней колесной парой о поврежденные рельсы, продолжил путь. Он поднялся и бросился проверять последствия, нанесенные взрывом. Позади платформы дымилась небольшая воронка. Бомба упала ближе к соседнему пути, разорвав рельс на нем. Ближайший к месту взрыва рельс, на который опирался паровоз, выгнуло внутрь, но не разорвало. Третья попытка, судя по тому, как быстро учился летчик, могла закончиться точным попаданием.

Максима разобрала такая злость, что он, не помня себя, кинулся к пулемету и всадил оставшиеся патроны биплану вдогонку. Он видел, как от хвостового оперения оторвался большой кусок, но самолет не упал. Снизился над лесом и скрылся из вида. Уже спокойнее Максим осмотрел борт, со стороны которого произошел взрыв. Пластины сорвало с нижних креплений и выгнуло вверх на оставшихся. Металл покрылся черным опаленным слоем и множеством глубоких царапин, оставленных осколками. Мешки с песком повалило на пол. Максим сразу водрузил их на место. В целом, взрыв не нанес ощутимого ущерба. Все повреждения можно было отремонтировать.

Максим вернулся и потряс спящего в полном беспамятстве Николая.

— Проснись же ты!

Командир «бронепоезда» только всхрапнул, обдав Максима тяжким перегаром, и обмяк в его руках. Ничего не оставалось делать, как управлять паровозом в ближайшие часы самостоятельно. Максиму не привыкать было брать на себя ответственность, но никогда еще не случалось такого, что делать это приходилось по причине в усмерть пьяной команды.

Пока на путях было чисто, он кинулся проверять все ящики, чтобы снарядить патронами пулеметную ленту. Нашел в одном из них весь имеющийся арсенал, оставляющий желать лучшего. Патронов к пулемету осталось тридцать штук. Зато навалом было патронов к оружию, которого не было на борту. Также в ящике лежали пять «Ф-1» без запалов, с десяток двухсотграммовых пачек тротила, электродетонаторы, пустые магазины для «пять сорок пять» и пластиковая бутылка с ружейным маслом. С таким арсеналом Максим даже на пять шагов не вышел бы во «внешку».