А как насчет того, что я нашла на тумбочке букет весенних фиалок? Мое сердце воспарило. Теперь я была в полной заднице.
Он даже собрал все обломки в кучу в углу, а значит, пользовался тенями, пока я спала, потому что я ничего не слышала.
Я все еще чувствовала себя измотанной, но быстро оделась и заколола волосы, увидев, что солнце уже встало. Лиам в лазарете, а значит, в библиотеку мне придется идти одной, но на обратном пути у меня получилось бы его навестить.
Я зашнуровывала ботинки, когда в дверь раздался стук.
— Да ты прикалываешься, — сказала я громко, чтобы было слышно снаружи. — Если Лиам лечится, это еще не значит, что мне нужен другой… — я распахнула дверь и выронила последнее слово: — телохранитель.
В коридоре стоял профессор Карр, как обычно, с волосами дыбом. Он изучил меня исключительно академическим взглядом, затем приподнял брови, увидев за мной развороченную комнату.
— Нас ждет работа.
— Мне надо в библиотеку, — возразила я.
Он фыркнул.
— Ты освобождаешься от походов в библиотеку, пока мы не убедимся, что ты ее не спалишь. Молния и бумага не дружат. Уж поверь, Сорренгейл, писцы тебя теперь и близко не подпустят к своим драгоценным книгам — и судя по всему, ты не можешь контролировать свои силы даже во сне.
Я пропустила мимо ушей его ехидство, раз уж он настолько ошибся в причинах разгрома у меня за спиной, и последовала за ним по коридору.
— Куда мы?
— Туда, где ты не начнешь лесной пожар, — ответил он, не оглядываясь.
Через двадцать минут мы стояли на летном поле, а Тэйрн, к моему удивлению, уже ждал под седлом.
«Как у тебя получилось?»
Он возмущенно фыркнул.
«Будто бы я разрешил придумывать седло, которое не мог бы надеть сам. Помни, от кого ты получаешь силу, Серебристая» .
«Как там Андарна» ? — спросила я, когда профессор Карр сунул мне седельную сумку.
— А это зачем?
«Спит, но цела» , — успокоил Тэйрн.
— Завтрак, — ответил Карр. — Учитывая предстоящую работу с силой, он тебе понадобится.
Профессор залез на своего рыжего кинжалохвоста, и когда я оседлала Тэйрна и пристегнулась, мы поднялись в воздух.
На пути к горному хребту весенний ветер жалил щеки, и я порадовалась, что этим утром решила одеться в летную форму, решив, что успею полетать перед обедом.
Приземлились мы где-то через полчаса, высоко над деревьями.
Я дрожала и потирала руки из-за холода, неизбежного так высоко в горах.
— Не переживай. Тебе недолго будет холодно, — заверил меня Карр, спешившись и достав из кармана небольшую книгу. — Согласно тому, что я прочитал вчера вечером, от этой способности твой организм перегревается, поэтому… — он обвел рукой пейзаж.