– Ты чего? – испугался Женя, схватив меня за локоть.

Я так сильно замотала головой, что она чуть не оторвалась.

– Все хорошо. Спасибо, это… Лучший подарок, что можно было сделать.

Мы помолчали.

– Когда отходит ваш автобус? – спросил он. Почему-то мы стали выражаться официально, будто заказывали по телефону какие-нибудь билеты.

– Пятого… В восемь утра.

– Ого, как рано! И наш пятого, только в одиннадцать. Ну так, время еще есть!

«Да, еще целая ночь и все утро», – мне стало так грустно, что я вонзила ногти в коленки, только бы не разреветься.

– Мне мама завтра в сторожку будет звонить, у меня будет время спросить наш домашний номер. Ну, если ты вдруг захочешь мне позвонить…

– Захочу, – быстро сказала я. Он затараторил, пытаясь усмирить расползающуюся улыбку:

– Мы недавно переехали, и я никак не запомню… Чего хохочешь! – он смущенно взъерошил волосы, – там семь цифр, и все разные!

Женя проводил меня до корпуса. Стоя одной ногой на ступеньке, он хотел обняться еще раз, но вместо этого неуклюже хлопнул меня по плечу. Потом сунул мне в карман сложенную вчетверо бумажку.

– Секретное послание от инопланетян?!

– Они бы тебя не забрали! Они похищают только развитых представителей человеческого рода.

Наконец нам стало полегче.

– Ну, пока? Ты придешь меня провожать? – я комкала в пальцах бумажку и смотрела куда-то за его плечом.

– Конечно. Время-то еще есть.

В свете дрожащего фонаря казалось, что его глаза повлажнели. Я сжала губы, как сжимала их всегда перед трудным решением, повернулась и толкнула дверь корпуса. Главное, не оборачиваться – у Орфея и Эвридики все кончилось плохо именно поэтому.

Лежа в кровати, я распахнула глаза. Пугающее, но совершенно очевидное решение пронзило мозг: «Завтра он придет меня провожать, и я все расскажу. А если и он мне не поможет, то я уйду из дома. Буду жить на улице, только не с ними».

Небывалое облегчение накрыло меня мягким облаком. Я широко улыбалась, натянув одеяло до носа, а потом мгновенно провалилась в сон.

Нас разбудили раньше обычного. Опухшие со сна девочки укладывали фоторамки, застегивали молнии косметичек, завязывали в пакеты грязную одежду. Вчерашние признания в вечной дружбе и любви улеглись, и все настроились побыстрее отправиться к родителям. Наверное, когда взрослые просыпаются после пьянки, их лица примерно такие же.

Я первой выбежала к автобусу, волоча по асфальту сумку. Женя не появлялся, но время еще было. Потихоньку мои соседки выползали в утреннюю прохладу, потирая голые локти. Автобус заполнялся.

«Время есть, еще десять минут», – повторяла я, сверля взглядом часы на руке.