Что ж, узнаем вечером. А пока — пора в кабинет. Полина уже наверняка заждалась.

Рабочий день пролетел быстро и на удивление продуктивно.

Первой ко мне заглянула Марина — та самая пациентка с постоянным желанием раздеваться при любом удобном и неудобном случае. На этот раз она вела себя намного скромнее. Правда, пуговицу на блузке всё же пыталась расстегнуть. Я подкорректировал ей дозировку седативных препаратов, с радостью отметил, что есть положительная динамика, а затем отпустил домой. Пока она не вернулась к своей старой привычке.

Следом за ней зашёл Алик Захожев. Выглядел он гораздо свежее. Руки уже так не дрожали, а в глазах стало больше жизни. Всё-таки сработали мои грубые наставления. Теперь Алик точно будет держаться, несмотря ни на что. Всё-таки медицина будущего, даже в таком скомканном виде, творит чудеса. А ведь многие местные врачи уже могли плюнуть на Алика. Поставили бы на нём крест — и всё.

Но самое интересное ждало меня впереди.

В полдень в конференц-зале назначили общее собрание. Тот самый редкий случай, когда узкие специалисты и терапевты оказываются в одном помещении, и при этом не питаются впиться друг другу в глотки. Во главе стола уже восседали заведующие. Капитанов, Короткова и один из заместителей главного врача. А раз он здесь, значит, намечается что-то серьёзное. Возможно, как раз пойдёт речь о том, что рассказывал нам с Максом этим утром Денис.

В кармане моего халата находился тот самый «журнал косяков». Я планировал использовать его как аргумент, если вдруг во время собрания кто-то решит ополчиться против меня. А это вполне может случиться.

Однако на самом входе в зал меня поймал Капитанов. Заведующий выглядел так, будто случилась какая-то катастрофа. Лицо бледное, галстук съехал. И я уже догадываюсь, в чём тут дело.

— Алексей Сергеевич, на пару слов! — он буквально затащил меня в нишу за колонной. — Умоляю, ради всего святого… О вчерашнем — ни звука. Ни слова про наплыв из терапии, ни слова про ту потасовку!

Я молча достал из кармана свой журнал и раскрыл его перед его носом. Список был внушительным. Фамилии, даты, ошибки, цитаты Рудкова и его компании.

Капитанов взглянул на страницы и, кажется, забыл как дышать.

/Жёлтый фон сменился багровым ужасом/

— Вы… вы с ума сошли⁈ Уничтожьте это! Немедленно! — он затрясся мелкой дрожью, хватая меня за рукав. — Если это увидит заместитель Сафонов, полетит не только голова Коротковой. Пострадает несколько отделений!

Я смотрел на своего начальника и понимал, что всё изменилось. Ещё вчера между ними шла открытая война. Но сегодня Капитанов почему-то покрывает своего злейшего врага. Откуда же такое рвение?