Она села на второй стул, тот, который не был прикручен к полу, и поставила перед собой планшет таким образом, чтобы я не видел содержимое экрана.

— Хотите чего-нибудь, мистер Тернбаум?

— Пять миллионов кредитов, официальные извинения и свободный вылет на любой из независимых миров по моему выбору, — сказал я.

Она даже не улыбнулась.

— Я говорила о чем-то более реалистичном, вроде кофе, чая или холодного лимонада.

— Ну, попробовать-то все равно стоило, — сказал я.

— Так вы хотите кофе, чай или холодный лимонад?

— Нет, спасибо, — сказал я. — Может быть, чуть позже, если наша беседа затянется.

— Она затянется, мистер Тернбаум. Обязательно затянется. По сути, это лишь первый наш с вами разговор, который будет носить скорее ознакомительный характер.

— Так давайте познакомимся, — предложил я. — Мое имя вы знаете, а вы…

— Агент Хоук, — сказала она.

— Агент чего? — на территории Содружества действует целая куча спецслужб, и мне было любопытно, которая из них решила взяться за меня первой.

— Сейчас вам этого знать необязательно.

— Боюсь, что с таким подходом нам будет сложно установить доверительные отношения, — сказал я.

— Я люблю сложности, — сказала она.

— Тогда вы по адресу, — сказал я. — Ребята на этой военной базе способны создавать сложности практически из ничего.

— Что вы имеете в виду?

— Вот это все, — я хотел развести руками, но не смог оторвать их от поверхности стола, так что просто помахал ладонями.

— Это всего лишь стандартные меры безопасности.

— Стандартные? Кого же в этой тюрьме обычно держат? Террористов-людоедов с Алгола?

— И их тоже, — сказала она. — С вами хорошо обращаются, мистер Тернбаум?

— Со мной обращаются, как с преступником, хотя я просто спасал свою жизнь.

— Что ж, давайте поговорим об этом, — сказала она. — Как вы оказались на борту корабля «Т-Э4–246»?

— Согласно штатному расписанию, — сказал я. — Это мой рабочий транспорт. Вы можете убедиться в этом, прочитав бортовой журнал.

— Я изучила бортовой журнал, мистер Тернбаум, — сказала она.

— Можете называть меня просто Гарри, — сказал я. — Если у нас впереди много подобных разговоров, это сэкономит нам кучу времени.

— Я никуда не спешу, мистер Тернбаум.

— Возможно, я спешу, — сказал я, нарываясь на дежурный ответ вроде «а вам спешить уже некуда».

— Куда? — спросила она вместо этого.

— Разве это не очевидно? На свободу.

Дознаватель в каком-нибудь сериале непременно сказал бы, что свобода в ближайшее время мне явно не светит, но агент Хоук поставила перед собой цель разбить все стереотипы.

— Ясно, — сказала она. — И чем бы вы занялись, оказавшись на свободе прямо сейчас?