Но то, чего он больше всего боялся, в конце концов произошло. Она все вспомнила. Как ему теперь оправдаться за тот удар меча?

– Чун-эр! – вздохнул он чуть виновато.

Чун Цзы бессильно улыбнулась.

Верно, он же богоподобный глава Союза Бессмертных. Все его действия и мысли направлены только на защиту мира бессмертных. Благоденствие и безмятежный покой – вот чему посвящена вся его жизнь. Отказ от своей ученицы не был ошибкой, это был самый разумный и единственно верный выбор.

Она навсегда запомнит молодого бессмертного в белом одеянии, который держал ее за руку, поднимаясь на пик Пурпурного бамбука. Всегда будет помнить его слова:

«Пока я здесь, никто не посмеет тебя обидеть».

Правда, это обещание оказалось пустым звуком.

Она любила его и все, что он защищал. Она бы пожертвовала жизнью, чтобы помочь ему. Однако он не знал этого и не верил в нее.

– Я не допустила ошибки, и наставник тоже.

Во рту стало горько, сердце заныло. Ло Иньфань медлил, но в конце концов произнес:

– Во всем, что произошло с тобой, виноват я. Мне жаль. – Сказав это, он сурово взглянул на нее. – Но, Чун-эр, ты никогда не желала становиться демоном. Ты действительно хочешь рек крови? Хочешь уничтожить все шесть миров?

– А у меня есть другой выбор?

– Вернись ко мне.

– Вернись и умри?

– Пока я жив, я не позволю тебе умереть.

– Наставник дал уже слишком много обещаний, вера имеет пределы. Твои угрызения совести ничего не изменят. Мне было суждено Небесами встать на демонический путь!

– Нет! – решительно пресек Ло Иньфань. – Ничего не предопределено. Станешь ты демоном или бессмертной – решать только тебе.

– Мне? – Чун Цзы покачала головой. – Ничто никогда не зависело от меня. Ты поступил со мной так бесчестно, потому что не верил в судьбу? Наставник, ты ведь в глубине души желаешь, чтобы я стала демоном: тогда ты сможешь убить меня, не чувствуя вины.

– Чун-эр!

Нельзя отрицать, эта мысль действительно приходила ему в голову, но сейчас… лучше уж переломать ее кости и заточить в Ледяную тюрьму, чем смотреть, как она умирает. И дело не только в чувстве вины. Две жизни они были учителем и ученицей, она не могла быть ему безразлична.

– Вань Цзе дал уничтожить свою душу, потеряв возможность переродиться, чтобы спасти тебя. Ты готова так легко расстаться с жизнью? – спросил Ван Юэ.

Чун Цзы застыла.

«Букашка! Будь послушной и дай мне обещание, что никогда не станешь демоном!»

Знал ли дядя, что однажды все, кроме него, будут желать, чтобы она ступила на демонический путь? Минь Юньчжун, Юй Ду, Юй Сюй…

– Ты, ты, ты, все вы. – Чун Цзы тыкала пальцем в каждого из них. – Я родилась с темным духом, и что с того? Я никогда не имела намерений причинить кому-либо вред и уж тем более предать школу Наньхуа. Мир бессмертных терпит зверей в человеческом обличии, подобных Юэ Цяо, подлецов, подобных ученику школы Чаншэн, не помнящих доброту, но меня он терпеть не может. Стану ли я демоном или нет – неважно. Это всего лишь повод, чтобы меня убить. Только разделавшись со мной, вы сможете успокоиться.