– Очнулся?

Цинь Кэ сел.

– Я в порядке.

– Птица повредила твои души, ты не можешь быть в порядке.

– У меня бессмертные кости. Нужно лишь время, чтобы исцелиться.

– Ты выручил меня, а я тебя. Мне вовсе не нужен был плод Чжу-жун, поэтому не собираюсь тебя благодарить.

– Знаю.

– Я уйду первой.

Чун Цзы хотела встать, но почувствовала его руку на своем запястье.

– Уйдем на рассвете.

– Мое тело принадлежит мечу, остался лишь один путь, который в итоге все равно приведет к смерти, – холодно произнесла Чун Цзы. – Ты делаешь это, чтобы, как они, принудить меня?

Цинь Кэ молча притянул ее к себе.

Лицо девушки ничего не выражало, глаза были закрыты. До чего иронично: в объятиях того, кого любила, она сжималась от страха, чувствуя, как он борется с искушением убить ее, а в объятиях других мужчин, будь то Цинь Кэ, Тянь Чжисе, Чжо Хао или даже Цзю Ю, – обретала покой. Какой сон приснится ей сегодня?

Словно сквозь туман она услышала: «Школа Цинхуа присылала сватов, а я ужасно злился. Дурнушка, ты ничего не знала».

Когда-то зрелый не по годам юноша обзывал ее дурнушкой, однако всегда загораживал собой и защищал, если кто-то над ней издевался. После дяди он был вторым человеком, кто вступился за нее.

Но когда он стал ее братом, его образ незаметно потускнел, даже Чжо Хао вспоминался ярче. Сколько она себя помнила, он почти всегда был в уединении на пике Нефритового рассвета.

Чун Цзы горько улыбнулась во сне.

«Почему? Почему ты всегда уходил? Почему не дал времени влюбиться в тебя?»

Привыкнув к долгим ночам демонического дворца, Чун Цзы на следующий день проснулась очень поздно. Цинь Кэ обнимал ее так же, как и вчера, не меняя позу. Он смотрел вдаль, и было неясно, рано ли он проснулся или вообще не спал.

Чун Цзы ничего не сказала и не пошевелилась.

Молодой человек еще немного посидел молча, а затем опустил голову и спросил:

– Проснулась?

Она встала и помогла встать ему. Двое пошли вниз с горы.

– Ты не можешь покинуть демонический дворец?

– Хочешь составить мне компанию и стать демоном?

Цинь Кэ промолчал.

– А правда вот в чем. – Чун Цзы посмотрела ему в глаза. – Ты бессмертный, выдающийся ученик главы школы Наньхуа. Ты не можешь поставить своего наставника в затруднительное положение. Я – повелительница демонического дворца, которой никогда не суждено вернуться в мир бессмертных. Если покину дворец, то потеряю последнее пристанище.

Цинь Кэ крепко сжал ее руку.

– Разве плохо здесь жить?

Чун Цзы помолчала, а затем улыбнулась.

– Они меня найдут.

Она не успела договорить, как издали послышался шум.

– Это бессмертные из школы Наньхуа. – Чун Цзы взмахнула длинными ресницами. – Увидев нас вместе, не подумают ли, что ты предал мир бессмертных? Демона и бессмертного ничего не должно связывать. Поддавшись эмоциям, можно плохо закончить. В следующий раз я не буду столь снисходительна. Если действительно не хочешь моей смерти, больше не делай ничего подобного. Забудь о той дурнушке. Ради и своего блага, и моего.