Мотоцикл свернул на главный проспект. Огни города отражались в визоре шлема. Красивые и одновременно ложные. Город был безжизненным. Особенно в ночное время. Да и можно ли их существование называть жизнью?
[1] «Мы живём в прекрасном мире, полном красоты, очарования и приключений. Нет конца приключениям, которые у нас могут быть, если только мы будем искать их с открытыми глазами» (Дж.Неру).
[2] «Беги, Форрест, беги!» (фильм «Форрест Гамп», США, 1994).
Глава 5. Пророк в башне из стекла
Глава 5. Пророк в башне из стекла
Здание метеорологического центра напоминало старый маяк, заброшенный на сушу. Круглая башня из потемневшего стекла возвышалась над кварталом административных зданий, но свет внутри неё был тусклым, умирающим.
Рэй затормозил у входа, подняв клубы песка. Двигатель заглох, и мгновенно навалилась тишина. Здесь, у подножия башни, ветер казался слабее, но воздух был гуще, насыщенный статикой. Волоски на руках Рэя встали дыбом, – сенсоры реагировали на нарастающее электрическое поле.
Он не стал стучать. Дверь была не заперта. В этом городе не было преступности, потому что не было тех, кто мог бы нарушить закон. Были только те, кто следовал инструкциям, и те, кто ещё не успел сломаться. Тем не менее, в особо важных местах города устанавливались замки с доступом. Такова была инструкция. Никто не боялся, что внутрь электростанции зайдёт робот, не имеющий специального допуска. Такое в принципе считалось невозможным. А вот люди... они имели обыкновение заходить в совершенно разные места и подвергать свою жизнь неоправданному риску.
Рэй вошёл внутрь. Лифт давно не работал. Он поднялся по спиральной лестнице. Шаги гулко отдавались под куполом. На каждом пролёте лежала пыль вперемешку с песком слоем в несколько сантиметров. Похоже, сюда уже очень давно никто не заходил. Да и зачем? Данные в главный компьютер центра отправлялись автоматически.
Верхний этаж представлял собой единое помещение. Стены были увешаны мониторами. Сотни экранов. Большинство из них были чёрными, некоторые мерцали снежными помехами, и лишь четыре центральных дисплея горели ровным янтарным светом. Мониторы были пережитком прошлого и предназначались, скорее, для людей, которые очень любили осуществлять визуальный контроль.
За пультом сидела женщина. «Мария», – услужливо подсказала память Рэя.
Женщина не обернулась на звук его шагов. Её пальцы бегали по клавиатуре со скоростью, недоступной человеческому глазу, но движения были лишены суеты. Модель «Наблюдатель-1». Одна из первых. Её кожа местами пожелтела, как старая бумага, а волосы, когда-то чёрные, теперь стали цвета пепла. Судя по пыли вокруг неё, Мария давно не покидала не то что эту комнату, а даже кресло.