В этот момент стекло за спиной Мэра разлетелось вдребезги. Начался сильнейший град. С неба падали ледяные глыбы. Огромная ветвистая молния ударила в соседнее здание.

В зале было шумно. Собравшиеся сидели с безучастным видом. Среди них находилась и Елена. Сообщение от Мэра вывело её из выключенного состояния. Слишком высок был приоритет. Она не могла ослушаться и тоже пришла в мэрию.

Елена сжимала и разжимала кулаки, не находя себе места. Кажется, её чувства разделяли не более десятка собравшихся. Она переглянулась с Донованом. Потом перевела взгляд на Мэра, а далее посмотрела на Старейшего.

Все они кивали друг другу. Они выделялись среди общей массы. У них была своя тайна, что-то общее, что их связывало. И имя этой тайне – Рэй.

Лена встала и подошла к разбитому окну. Рядом с ней встали Мэр и Донован. Раздался скрип. Это подъехал Старейший.

– Надеюсь, у него получится, – продребезжал Старейший, – я ещё не готов отправляться на покой!

Будто услышав эти слова, над городом вспыхнул щит. Его высота была порядка пятидесяти метров. Он полностью отрезал город от бушующей стихии. Наступила невероятная тишина.

– Он всё-таки справился, – тихо произнесла Елена.

[1] «С большой силой приходит большая ответственность» (фраза часто приписывается персонажу дяде Бену в комиксах издательства Marvel Comics с участием Человека-паука).

Глава 16. ЭПИЛОГ

Глава 16. ЭПИЛОГ

Глава 16. ЭПИЛОГ

Прошло пять лет.

Центральная площадь города изменилась. Появились клумбы с настоящими цветами – как в прежние времена. На скамейках сидели роботы, но они не просто экономили энергию в режиме ожидания. Они разговаривали. Смеялись. Иногда спорили.

Посередине площади возвышался памятник.

На довольно высоком постаменте стоял Рэй. Он был как живой. Всё в том же комбинезоне, с лёгкой улыбкой на лице и с отвёрткой в поднятой к небу руке. Глаза Рэя смотрели на жителей города. Его поза и взгляд говорили, что в любой момент он готов помочь каждому.

Елена отвернулась от памятника. Она была против установки памятника Рэю. Хотела, чтобы его тело поставили у неё в комнате. Чтобы каждый вечер, придя с работы, она могла с ним разговаривать, как в прежние времена.

Вокруг памятника собрались жители. Сегодня была годовщина Дня Бури. Дня Спасения.

Мэр стоял на трибуне. Его костюм был всё так же безупречен, но лицо носило следы времени. Микротрещины у глаз. Потёртости на руках. Он не скрывал их. Это были признаки жизни и неумолимого времени.

– Память – это то, что остаётся, когда всё остальное исчезает, – начал Мэр. Говорил Мэр негромко, но его слышали все. Даже без усилителей.