— Думаешь у Нирана лучше? — злюсь то ли на бесстрашие Вайса, то ли на свою реакцию на чужую девку. Моя суженая Ларелия, а я пялюсь на ножки какой-то залётной Эвы. — Знаешь, как бракованный буйвол поступает с сильными магами?
— Тор просветил, — возвращает флягу Седорик и усаживает девчонку, пришедшую в себя. — Но и ваше радушие не по вкусу пришлось.
— Ты видел, Сед? Видел? — встревоженно тычет в мою сторону пальцем Эва и одновременно вцепляется в сюртук мужчины и невменяемо тянет. — Он же в птицу превращается. Так не бывает. Это глюки. Нас чем-то окурили. Мне придётся в наркологическую клинику ложиться после ваших приколов.
— Варговы копыта, — заходится в переживаниях Седорик, закапываясь пятернёй в бороду. — Хотел же всё осторожно рассказать.
— Тебя перенесло в другой мир, девочка, — материализую на ладони ровную сферу, пылающую чёрным пламенем, и подращиваю ей в размере, прежде чем схлопнуть. Плевать я хотел на его осторожность. — Здесь живёт боевая магия льда и огня, людей лечат ведьмы и лекари, а правители превращаются в родовых зверей, если позволяет сила дара.
— Нет, нет, нет, — мотает головой Эва и судорожно дёргает ворот платья. — Ты врёшь. Я в Новосибирске. В коме. Точно. Меня сбила машина. Лежу в реанимации под препаратами, вот и чудится дрянь всякая.
— Ты в моих владениях, — упрямо наступаю на неё, давя правдой. — В Пустоши. Сто лет назад на этом самом месте цвели цветы, зеленели сады, воды рек несли чистейшую воду. И пока я отвлекаюсь на тебя, надежду моей страны увозят к Нирану, чтобы уничтожить в подземельях.
— С Ларой Ториан, — прижимает к себе невменяемую девчонку Седорик. — Он не даст её в обиду. И Ниран не рискнёт его трогать. А нам нужно туда. Не знаю как, но мы должны помочь им выбраться. Карлос мне не простит, если с его дочерью чего-нибудь случится. Даже если она не Ларелия. Слетаете, Ваше Величество, на разведку?
— Я пуст, — развожу в сторону руки. — Весь резерв потратил в бою. Сил на оборот хватило лишь на облёт этой стороны Пустоши. Но за мной следует отряд. Можете присоединиться к нам.
— Почту за честь, — коротко кивает Седорик и легко подсаживает, всё ещё не осознавшую правду, Эву на коня. Берет его под уздцы и смотрит на меня. — Далеко идти?
— За тот бархан, — указываю ему направление.
— Ворон устал, — пожимает плечами он и шагает в ту сторону. — Придётся пешком.
— Поддержу, — иду рядом, невольно улыбаясь.
Нравится мне Седорик. Степенный, немногословный, неглупый. Ему незазорно подставить плечо и нестрашно повернуться спиной. Он не предаст, не бросит и не воткнёт исподтишка нож. Настоящий мужик, проверенный жизнью и боем.