– Время идет. Сорок три секунды прошло.
Не зная, что предпринять, Николай идет на отчаянный шаг. Он вдруг кулаком бьет в лицо ближнего рыжего парня. Тот больше от неожиданности, чем от силы удара падает на задницу. Второй словно на автомате отточенными движениями проводит двойку и завершает ударом в колено сбоку. Мужчина падает на землю и хватается за ногу, которой достается больше всего.
Женщина кидается к мужу и снова кричит:
– Я сама брошусь вниз! Не трогайте детей!Я вас прошу! Я умоляю!
Жани-Ева в панике. Она поняла, это не шутки. Или кто-то из них, или все. Ни мама, ни отец не смогут сделать выбор. Ей самой нужно сделать за них.
– «Неужели это и есть твоя плата?! – мысленно в ужасе взывает она к Богу.
Оборачиваясь, девушка смотрит за край обрыва.
Если просто упасть, попадешь на большие валуны. Может быть, сразу разобьешься, а может быть нет. У берега река вряд ли утащит за собой. Останешься лежать на камнях. В этом случае ее обязательно добьют.
Но если хорошенько оттолкнуться и прыгнуть подальше, может быть шансы есть. Впрочем, торчащие из воды валуны подсказывают, река неглубокая. Понести она понесет. До первого валуна понесет. Потом всей своей бурлящей мощью об него ударит. А после отнесет до следующего и так далее, пока не выбросит в море.
Словно услышав мысли девушки, главарь достает револьвер. Тем как бы подсказывая – шансов нет, я тебя добью и на камнях, и в воде.
– Я сам спрыгну с обрыва! – поднимаясь на ноги, кричит Николай. – Слышите, я сам! Это я совершил подрыв пристани! Это моя ошибка! Я сам должен ответить! Моя семья здесь ни при чем!
– Я тоже спрыгну с мужем! Мы вместе прыгнем! Только отпустите детей!
Главарь покрутил барабан и неожиданно, практически не целясь, стреляет мужчине в ту же пораненную ногу, тем заставляя его снова рухнуть на каменистую землю.
– Ответ отрицательный. Господа, вы теряете время. Сколько у нас осталось? – он взглянул на часы. – Минута сорок осталась.
Пока у родителей продолжается истерия, Жани-Евы решилась. Она сама сделала за них выбор. Понимая, что мать может остановить, девушка резко отталкивает от себя младшего брата в ее сторону и начинает пятиться.
– Мама, папа, Мишенька… Я вас очень-очень сильно люблю! ЖИВИТЕ!
Глава 18
В аэропорту Домодедово стояла толчея, зато в бизнес-зале – благодать, людей почти не было. Еще и напитки подавали. Скоротать предстоящий час до начала регистрации рейса мы засели на мягких диванах. Стоило заказать кофе и какой-то матершинник объявился в сопровождении двух крепких охранников.
– Да идите вы на х*й все дружно. Понял? – с этими словами щекастая туша лет пятидесяти с богатыми пышными усами села рядом с нами. – Я вас пид*рмотов знаю. Вечно вы впросак попадаете. Знаешь, что это такое?