– Все так, – кивая, согласился Император. – Постоянное увеличение осветленных, их растущий беспредел, теперь вот еще Съезд предпринимателей. У нас нет другого выхода. Иначе скоро все окончательно полетит в тартарары.
Глава 26
Без четверти восемь станция ожила. Почти одновременно с разных сторон появилась уйма народа. Кто шел, кто ехал на велосипедах или на машинах, откуда-то появились грузчики с тачками, груженными огромными сумками в сопровождении владельцев груза.
Буквально за пять минут на стоянке перед маленьким зданием вокзала припарковалось больше десятка легковых машин. К ним присоединился полицейский автомобиль с двумя зевающими сотрудниками. Еще на одном гражданском автомобиле прибыли трое в военной форме с шевронами таможенной службы. Последними на дутом внедорожнике появились четверо казаков.
Вся эта масса людей торопливо или вразвалку устремилась внутрь открывшегося вокзала, служившего эпицентром здешней активности.
Если я и девушки просто смотрели по сторонам, отмечая для себя оживление, то Матвей, издали увидев казаков, вцепился в них взглядом. Парню хватило минуты, чтобы вытащить нужное, не прибегая к личному контакту и ни коим другим образом не выдавая свой интерес.
– Черт. Идемте быстрее. Может быть, успеем, – по итогам обронил он и, схватив один из двух пакетов с нашими вещами, сорвался с места.
Мне достался второй пакет. Метров через пятьдесят мы с девушками его догнали. Он шел настолько быстро, что за малым не переходил на бег.
– Енай Каргальский снимает в поселке квартиру, – не дожидаясь вопросов, на ходу стал разъяснять Матвей. – По утрам он отводит дочку в детский сад и потом идет к своим в казармы. Нам нужно успеть его перехватить до восьми. Или потом придется ждать до вечера.
– А чего он снимает, а не живет в части? – спросила Эмили.
– Его семья во Владивостоке. В поселке он сожительствует. Можно сказать, вторая семья. От сожительницы есть ребенок. Не положено таких селить в части. Вот и снимает квартиру.
Есаул жил в квартире справа от дороги, по которой мы шли. Где-то там же за домами находился единственный в поселке детский сад. Матвей не стал сворачивать, надеясь перехватить Каргальского по пути от садика до казармы. Войсковая часть располагалась в другой стороне поселка слева от дороги.
– Эмили, значит, смотри. Как только узнаешь, сразу взрывай ему голову. Запомнила? – принялся наставлять Матвей.
– Но уж нет. С ним я хочу сначала душевно поговорить, – ответила Эмили с дьявольской улыбкой, а у самой в глазах уже плясали черти.
– А смысл? Что он может сказать? Ты только расстроишься. С расстояния бить удобнее. Его смерть тебя не слишком заденет.