– Знаете, я давно хотел кое-что спросить. В Передовой, когда вас допрашивал Балашов, вы представились Артемом Волковым. Это ваш знакомый?
Вот это поворот!
– Надо было кем-то представиться, вот и представился, – осторожно говорю, чтобы не вызвать лишних подозрений.
– Я мог допустить такую мысль, если бы не показания. В них достаточно верно дано описание Артема. Из чего я могу сделать вывод, вы должны были его хорошо знать.
– Да я его даже никогда не видел! – резко вырвалось из меня и только тогда вспомнил предостережения отца. Он говорил, в Особом отделе хорошо чувствуют вранье. Это нужно учитывать при своих ответах.
– Когда вы сказали, что не собирались грабить банк, я поверил. Потому что вы сказали правду. А вот тут – нет. Вы темните. Не понимаю только зачем. Артем сирота и инвалид. Зачем понадобилось им прикрываться? Хотели вызвать у Балашова жалость? Так это зря. Учитывая степень важности стоявшего перед ним вопроса, он бы на такое не повелся. Но самое главное, опять же, откуда вы знали о Артеме, если сами говорите, что не знакомы?
Берник говорил с особым сочувствием к парню. Так не говорят о совершенно чужих людях. Это я четко почувствовал. И это было странным. Он казался мне черствой машиной, просто выполнявшей свою работу.
– Получается, я просто говорил, а он действительно оказался настоящим. Так понимаю, вы с ним виделись. Я угадал?
– Я ездил к нему. У паренька проблемы с ногами. Но он осветленный. Когда исполнится восемнадцать, вполне может быть, он сможет избавиться от своего недуга. Если кто-то подскажет, как это сделать, конечно. Сам он не догадается. У него в голове бардак.
Естественно, я не мог упустить шанса найти в этом мире самого себя. Тем более, если ему требовалась помощь.
– Я бы подсказал. Ну и вообще, помог бы, чем смог. Если вы подскажете, где его найти, конечно.
– В сиротском приюте он живет. Где же еще ему жить. Запишите адрес.
Глава 14
По прибытии в Особый отдел Берник завел нас в то же потайное место со стеклом. Сам же вместе с Матвеем вошел в комнату для допросов, где уже энергично прохаживался с видом маньяка Балашов, жаждущий начала новой пытки. Он тоже успел вернуться из кафе, только ехал в другой машине в компании так называемых спецов.
– Что там? – раскрыв дверь, крикнул Балашов кому-то. – Разницы нет, давай любого.
Конвоир ввел мужика лет сорока.
– Я пока допрошу следующего. Оболенский обещал еще прислать людей. Иначе мы с ними на несколько дней застрянем, – обронил Берник и хотел выйти.
– Подожди, не спиши. Лучше присядь. Я вообще не понимаю. Ну кто так делает? Их нужно было сразу отсечь. Они же сговорятся.