— М-м-м, — внезапно страдальчески промычал француз, изогнувшись колесом.

Его руки и ноги порвали путы с поразительной лёгкостью, а из-под кожи вырвались чёрные шевелящиеся острые отростки, похожие на длинную, сантиметров в пять, щетину. Волосы выпадали целыми клочьями, кости с хрустом меняли положение, грудная клетка расширялась. Кожа окровавленными лохмотьями шлёпалась на пол.

Всё произошло настолько быстро, что я едва успел швырнуть в него «каскад молний». Голубой свет залил комнату, а потом сверкнула вспышка.

Я рефлекторно прикрыл глаза ладонью, а когда убрал её, то ахнул.

Монстр, прежде бывший де Туром, живой и невредимый, стоял возле стены, став в полтора раза больше француза. Его чёрные отростки слегка светились, а окровавленная кожа покрывалась ядовито-жёлтой чешуёй.

Трансформация продолжала идти полным ходом. И мне это дико не понравилось.

Стиснув зубы, я одновременно швырнул в тварь «шаровую молнию» и выстрелил из револьвера, выхваченного из кармана. Пуля отскочила от чешуи, а магию поглотили чёрные отростки, похожие на щетину.

— Охренеть. Это все французы так могут или только ты⁈ — саркастично выпалил я, не теряя присутствия духа, хотя он очень хотел потеряться.

Тварь казалась необоримой. Она обзавелась горбом, сочащимся слизью. Там, куда она попадала, поднимался чёрный дымок. Лоб стал бугристым, один глаз заплыл, а другой приобрёл вертикальный зрачок.

Второй и третий «каскады молний» также были поглощены щетиной. Магия лишь подожгла свисающие со стены обои. Они весело загорелись, освещая мутанта, чья правая рука выросла чуть ли не до пола и стала толще раза в два. Под чешуёй перекатывались огромные мышцы.

И этой «кувалдой» француз закрылся от пуль, вылетевших из рявкнувшего револьвера. Впрочем, он мог и не закрываться. Всё его тело покрывала пуленепробиваемая чешуя.

— И стоило оно того⁈ — жарко выпалил я, швырнув в урода бесполезный револьвер. Патроны-то кончились. — Ты применил какой-то «последний шанс»? Артефакт, спрятанный в заднице? Зелье в ампуле, зашитой под кожей? Идиот, ты сдохнешь, если тебе не помочь! Стой там и не двигайся! У меня есть идея, как вернуть тебе прежний вид…

Не было у меня никакой идеи. Думаю, обратно в человека его не превратит даже поцелуй принца. Потому я и попятился в сторону двери, понимая, что в крохотной комнате такая хреновина сделает из меня отбивную.

— Нет, нет, нет… — вылетел почти неразборчивый рык из пасти твари, где образовалась мешанина из человеческих зубов и звериных загнутых клыков. Монстр с ужасом глядел единственным глазом на свою чудовищную конечность. — Он не говорил, что будет так… Не говорил! Да, велел использовать в крайнем случае, но не говорил, что так будет! Господи, спаси и сохрани! Боже, помоги! Не хочу, не хочу, не хочу!