Я торопливо шагнул вниз по склону, попутно оглянувшись. Пыль до сих пор заволакивала воздух, а некромант, по моим расчётам, был ещё далеко.
Ну, в следующий раз я его точно достану, а на сегодня хватит. Плодотворно поработал. Даже вон дар улучшился. Теперь он семьдесят четвёртого уровня.
Однако, сделав второй шаг, почувствовал резкое головокружение и тотальную слабость, словно кто-то в мгновение ока выпил всю мою выносливость. Тело безвольной куклой завалилось на спину, а рот мучительно раскрылся…
Глава 13
Облака светящегося газа ворочались под потолком гигантской пещеры, бесстрастно глядя на моё распростёршееся на склоне горы тело.
Поднятый приближающейся бурей ветер швырял в лицо пыль и мелкие камешки. А где-то там, ниже по склону, Павел и Жанна то ли сражались со скорпионами, то ли убегали от них, то ли уже предстали перед вратами рая.
Зараза! А я не мог приподняться на локтях, такая слабость одолела меня. Даже цепочка-артефакт, принадлежащая Владлене, стала безжизненно-холодной. Только сердце яростно билось в груди и кипела кровь. Да ещё мысли о том, как нам всем спастись, лихорадочно носились в голове.
Ситуация-то откровенно дерьмовая! Бедного дедушку приложили могучим артефактом, не дав покинуть поле боя.
А вот и хренов француз…
Он вынырнул из носящийся по округе пыли, сжимая в руках винтовку. Ветер трепал его песочного цвета маскировочный костюм и куфию на голове, а за широкими очками насмешливо мерцали глаза.
— Спасибо, что подождали меня, месье. Очень великодушно с вашей стор-роны. Но пора заканчивать этот балаган. Один выстр-рел! Всего один выстрел! — прокричал он и направил на меня винтовку.
Чёрное бессилие охватило мою душу, а в висках забарабанил участившийся пульс. Взгляд же заскользил по фигуре де Тура. Где он прячет артефакт, которым приголубил меня? И почему француз сразу не воспользовался им, а дал мне сразиться, словно хотел посмотреть, на что я способен? Хм, а у него ли вообще этот артефакт?
Вдруг что-то щёлкнуло в моей голове, словно боженька поцеловал в темечко, и разрозненные фрагменты сложились в единый пазл.
— Ты… не выстрелишь, лягушонок, — сумел просипеть я, скрипя землёй на зубах.
— Что вы сказали, месье? — глумливо выдал француз и встал на одно колено, чтобы лучше слышать. — Проклинаете меня пер-ред смертью? Или всё же умоляете оставить вам жизнь? Учитывая ваш характер, ставлю на первый вариант. Но, с другой стороны, перед ликом смерти мало кто может оставаться храбрым. Большинство ломаются, как стебли соломы, плачут и унижаются. Так из какого вы теста, Звер-рев?