— Как у вас говор-рят в империи? Не делайте хорошую мину при плохой игре, месье. Кажется, так? — изобразил он улыбку, тонкую и насмешливую, не доходящую до глаз. — Вы проиграли, смиритесь. C’est la vie, то есть такова жизнь.
Француз безжалостно посмотрел мне прямо в глаза, смакуя этот момент, как хищник перед финальным прыжком.
Два выстрела раздались одновременно, разорвав наэлектризованный воздух, запахший порохом. В ушах зазвенело, а свинец равнодушно ударил меня в грудь, повалив на спину.
Глава 6
Рожу де Тура распорола довольная усмешка, и он вошёл в лабораторию, где витал слабый запах пороха и едва слышно гудели лампы на потолке.
— А теперь контр-рольный, — ласково произнёс француз и прицелился в мою голову.
В эту же секунду с моих пальцев сорвался «каскад молний». Разряды со злым треском вспороли воздух, отразившись в расширившихся от громадного изумления глазах француза.
К несчастью, де Тур проявил просто феноменальную реакцию — успел активировать защитный артефакт. Его тело мгновенно покрылось молочно-белой плёнкой, принявшей на себя удар молний. Сверкнула яркая вспышка.
Француз с воплем отлетел к металлическому шкафу и врезался в него спиной, но устоял на ногах. Лишь мотнул башкой, воняя подпалёнными волосами.
Шкаф же покачнулся, и с полок посыпалась алхимическая посуда, разбиваясь об пол с жалобным звоном. Осколки забрызгали кроссовки де Тур, сорвавшего с себя горящую почерневшую футболку. Следом он вскинул оружие.
— Тебя, мразь, не спасёт ни один бронежилет! — выхаркнул он и принялся палить.
В его руках задёргались револьверы, выплёвывая засвистевшие пули. Я сразу же перекатился к стене, используя «скольжение».
Свинец по большей части угодил в плиты пола, выбивая каменную крошку. Но одна пуля всё же больно клюнула меня в правую ягодицу, смявшись об «духовную броню», полученную мной на семидесятом уровне «пастыря душ».
На «духовную броню» пришлось потратить последнюю душу из «клетки». Я сделал это перед тем, как француз с десяток секунд назад выстрелил в мою грудь. Но теперь «духовная броня» исчезла, оставив меня беззащитным.
Я тут же метнулся за массивный деревянный шкаф у стены. В него с глухим стуком попали две пули, разбросав щепки.
А затем револьверы в руках француза сухо защёлкали в бессильной злобе. Кончились патроны!
— Сука! — выпалил де Тур и швырнул бесполезное оружие в мою сторону.
Оно ударилось в створку шкафа и со звоном упало на пол. Один револьвер прокрутился и уставился дулом на француза, с грохотом перевернувшего набок тяжёлый дубовый стол.
Де Тур присел за ним, скрываясь от пущенного мной «порыва бури». Поток воздуха смел с пола осколки стекла и ударился в стол. Тот с шумом проскользил и врезался ножками в стену.