— Де Тур был уверен, что я каким-то образом нарушу его план. Он всё время говорил о каких-то шаманских зельях, хрен их разберёшь, что это такое… — взмахнул я руками, решив, что в этом вопросе лучше не выказывать свои знания.

Князь же, кажется, понимал, о чём идёт речь. В его глазах вспыхнул мрачный огонёк. Он задумался на пару мгновений, расстегнув верхнюю пуговицу рубашки. А затем спросил, нависнув надо мной:

— Я не могу взять в толк одного, Зверев. Почему вы не отправились в отдел со Шмидтом, оставили его с носом, покинув свой дом?

— А Шмидт ваш ненадёжный человечек, у него зуб имеется на меня. Как я мог ему доверять? А если бы он был в связке с де Туром? Да и вообще, в той ситуации я никому не мог доверять. И время терять не мог. Всё завертелось слишком быстро. Мне нужны были доказательства подрывной деятельности де Тура. И я их добыл. Можете не аплодировать. Давайте уже посмотрим видео. Авось я на нём хорошо получился.

Князь повелительным движением руки приказал Иакинфу всё настроить, после чего мы втроём уставились в экран ноутбука, включив диктофоны. А там показали настоящий триллер. Жаль, попкорна не было. Но князь и невзрачный впечатлились.

— Игнатий Николаевич, примите мои самые искренние извинения. Вы настоящий патриот! — горячо выпалил Корчинский и крепко пожал мою руку. — Все обвинения с вас сняты. И в свете новой информации я должен срочно нанести визит императору. Думаю, вас ждёт щедрая награда.

— Да что награда? Главное, что империю уберёг, — скромно вздохнул я, опустив взгляд.

— Не врёт, — шепнул князю Иакинф.

— Ежели кого и награждать, так это Котову. Вот она молодец.

— Наградим, — пообещал князь и ринулся к двери. — Идёмте, Зверев. Только ответьте на один вопрос… О каком кинжале постоянно говорил де Тур? Почему его так впечатлило то, что вы сумели его взять?

— Всё просто. Мне пришлось постараться, чтобы дотянуться до этого оружия, когда я был связан на горе в Лабиринте. Вы умеете выдвигать большие пальцы из суставов? А мне пришлось.

Корчинский нахмурился, проведя ладонью по лбу. Он верил мне, но будто где-то в глубине души все же его терзали смутные сомнения. Оно и понятно. Чиновник такого ранга и себе-то не всегда верит.

Однако князь кивнул, приняв мои слова к сведению. У него и так была куча пищи для размышлений.

Мы вышли из комнаты, оказавшись в небольшом ярко освещённом помещении с покрытыми дубовыми панелями стенами. Все три диванчика с потёртым кожзамом оказались заняты. На одном хмурился Барсов, на другом едва уместились три бойца с оружием, а на третьем перешёптывались Шмидт и капитан Юров. Они сразу же уставились на меня злорадными взглядами, в которых плескалось грязное удовольствие. Но моя улыбка заставила их настороженно переглянуться.