—Мне надо обдумать это крайне интересное предложение, — натянуто улыбнулся Дум и попятился назад.
Он внимательно следил за тем, как размытое пятно пелены постепенно протискивалось вдоль стены. Каким образом Грибовский умудрялся избегать царапающие бетон кости-клыки знал, наверное, только он сам.
—Мы будем сильнее… — Морфер вытянул вперед руку… отросток… жгут… —Я чувствую… твою… энергию…
—Так сразу? — чуть криво улыбнулся Алекс. —Может сперва пообщаемся? Узнаем друг друга получше? В крайнем случае — пригласи меня хотя бы на ужин.
—Ужин… да… ужин… пища… съесть!
Алекс выругался.
Если до этого демон просто «ковылял» в его сторону, то теперь он ускорился, а затем и вовсе неожиданно оттолкнулся своими щупальцами от пола.
Оставляя на окровавленном кафеле следы кипящей слизи, он бросил себя пушечным ядром в сторону Дума. Алекс, даже не используя школы магии, лишь простые манипуляции с энергией, подчинил своей воле несколько оголенных проводов, торчащих из стены.
Хлесткими кнутами те выстрелили в сторону Морфера. Сплетаясь, по воле мага, в хитроумную паутину из искрящейся черной и зеленой вязи, они спружинили под весом демона.
Алекс отпрыгнул спиной назад, но не успел он разорвать дистанцию, как сквозь пылающую синим огнем паутину протянулся длинный, тонкий жгут плоти.
Запах горелого мяса и опаленных костей вызвал мимолетный рвотный позыв.
Жгут обвился вокруг многострадальной ноги Дума.
— Да иди ты на хрен! — выкрикнул Дум. Он потянулся рукой к кольцу на пальце, но не успел призвать посох.
Жгут, не толще провода от наушников, дернул его в сторону с силой, которой позавидовал бы строительный кран. Алекса приложило спиной о стену. Одновременно с хрипом, искрами из глаз и слез, из его глотки вырвались капли крови.
Сам же демон буквально перетекал из комка пылающей плоти по жгуту и дальше, пока не поднялся над Алексом.
—Ты пахнешь… как… человек… — произнес он.
Из одной из его пасти, расположенной аккурат промеж отростков-ног, высунулся язык, на кончике которого открылась уже новая клыкастая пасть, из которой опять показался язык.
И уже он жадно слизывал кровь и слюни Алекса с пола.
— Хренов чужой! — уже на старом, добром,ново-английском прошипел Алекс.
Он мысленно потянулся к проводам, но понял, что не может заставить откликнуться свои волю и магию. Что-то блокировало его способности к чародейству.
Алекс скосил глаз в сторону икры. Разорвав новенькие брюки от М. Корса (впрочем это говно не жаль), в его теле торчал белый клык, выросший из пасти на жгуте.
Причем боли Алекс от укуса не ощущал.