Пришлось провожать Кайсию до дома, громко благодаря её за науку и даже сунув в руки конверт. Я черкнул пару строк Микки, мол, дорогая сестричка, скучаю не могу, скоро буду. Ломать комедию нужно было до конца.

План родился у нас с Виктором буквально за полчаса, и уже вечером мы решили его исполнить.

* * *

— Ты видишь что-нибудь? — тихо спросил Аббот, когда мы засели вокруг дома Ираны.

Второй отряд дежурил у дома Беллы. Мы её под конвоем и перед всеми местными отвели к себе, и Виктор демонстративно закрыл дверь. Он вышел вперёд и сказал, что она находится под арестом.

Ирана, услышав эти слова, торжествующе улыбалась, да вот только это ещё было не всё. Кронпринц добавил, что у него нет полномочий судить и тем более выносить приговор, поэтому он отправил письмо в Акмилл и вызвал главного дознавателя.

И в этот момент лицо Ираны исказилось, потемнело, и глаза сверкнули злобой.

Именно поэтому мы сейчас залегли возле двух домов. Мы с Виктором подозревали, что эта ведьма понимает, что настоящих дознавателей ей не обмануть, и будет действовать.

Часть бойцов сейчас находились в другом доме, где отмечали конец рейда. Так сказать, для отвода глаз. К ним периодически заглядывали любопытные носы, и видели они толпу мужиков, старательно накачивающихся настойками. Часть спали прямо за столами — мы положили доспехи так, чтобы никто не мог догадаться, что это куклы.

Ночь накрыла деревню стремительным одеялом и, кроме криков бойцов, больше ничего не нарушало тишину. Нам пришлось лежать в засаде почти до самого утра.

Сигнальная сеть Виктора дёрнулась за час до рассвета. Но это было уже не нужно, мы видели, как Ирана покинула свой дом, закутанная чёрной тряпкой, и осторожно двинулась в сторону Беллы.

Мы бесшумными тенями рванули за ней.

Ведьма добралась до закрытых дверей, оглядела их, прошлась под окнами и нашла нужное, что мы специально не стали закрывать. Ирана ловко забралась внутрь и должна была увидеть спящую Беллу, а на ней цепи. Из соображений безопасности лекарки, мы не стали её связывать, а просто навалили на неё тяжёлые звенья.

Руж и Грэм ждали внутри дома, но до сигнала не должны были высовываться.

Мы же прошли через подвал, выход которого был за кустами. И едва успели к началу представления.

Ирана остановилась возле кровати Беллы и начала снимать чёрные тряпки. Под ними она была полностью обнажена. Когда-то красивая фигура уже давно поплыла от возраста и стала рыхлой.

— Не дожить тебе до приезда дознавателей, — прошипела Ирана.

Затем она сняла с груди маленький флакончик и одним залпом выпила содержимое. Дальше произошло то, что будет преследовать меня ещё долго.