Я поднялся с кровати, накинул обратно одежду, активировал Ольву, скрыв телые тату, а также молочное свечение внутри золотых линий. Вышел в гостиную.

Тишина. Ярана и Силар спали или пытались спать за закрытыми дверьми.

Бар. Мысль пришла сама собой. Выпить. Хотя бы попытаться притупить остроту мыслей. Я вышел в коридор, залитый мягким светом артефактных светильников в стенах.

Ковер глушил шаги. Я шел в сторону основного зала казино, к публичным зонам, где даже ночью кипела жизнь.

Поворот за угол — и я чуть не столкнулся с Сирмаком. Он шел навстречу, погруженный в свои мысли. Его могучая фигура казалась еще массивнее в полумраке. На нем был дорогой, но мятого вида спальный костюм из шелка, смотрящийся, с учетом его статуса в этом месте, довольно забавно.

— Марион, — его голос был хриплым, лишенным обычной деловой остроты. — Не спится? Или патрулируешь?

— Первое, — ответил я коротко. — Шел выпить. А ты?

Он недовольно поморщился.

— Документы. Не ждут. — Он махнул рукой в сторону своего кабинета. Потом его взгляд задержался на мне, стал чуть менее настороженным, чуть более… устало-оценивающим. — Выпить, говоришь? Не самая плохая идея в эту ночь.

Я поднял бровь. Такие слова после нашего последнего разговора? Интересно.

— Предложение? — спросил я нейтрально.

Он помедлил, его пальцы потерли переносицу.

— Почему бы и нет. Пойдем. И не будь таким настороженным. Начали мы, может быть, не лучшим образом. Но нет вечных врагов и вечных друзей, только вечный поиск выгоды.

Мы спустились на лифте. Сирмак молчал, его присутствие было тяжелым, задумчивым. Сели мы не в том баре, что находился в главном зале казино, а в отдельном, куда более кулуарном и тихом. Полумрак, бархатные диваны в нишах, приглушенная музыка — какая-то меланхоличная труба.

Запах выдержанного виски, древесного дыма и дорогой кожи. Бармен, молодой парень с идеально уложенными волосами, лишь кивнул Сирмаку, не задавая вопросов.

Мы сели за стойку, на высокие барные стулья с мягкими сиденьями. Сирмак жестом заказал себе что-то знакомое бармену. Я указал на бутылку темно-янтарного виски.

— Двойной. Без льда.

Бармен налил. Сирмаку подали широкий бокал с коньяком цвета старого золота. Мы подняли бокалы. Хрусталь звонко встретился.

— За деловые отношения, — произнес я, глядя Сирмаку в глаза через край бокала. — Какими бы они ни были.

Он усмехнулся, коротко, беззвучно. Звон его голоса был низким.

— За них, Марион. — Он отхлебнул коньяк, его лицо на мгновение исказила гримаса, не то от удовольствия, не то от горечи. — Непредсказуемые. Дорогие. Но… позволяющие обзавестись новыми собутыльниками, деловые отношения.