Текучка кадров здесь сродни дыханию — постоянная, неизбежная. Чтобы удержать по-настоящему ценных людей, нужны не просто деньги. Требуется что-то большее — имя, которое внушает уважение; чувство азарта, невозможное в иных местах; атмосфера, где кровь кипит от ожидания очередного безумного решения.

«Парето Инновейшн Кэпитал» умел дарить именно это — вкус к игре. Здесь скука не задерживалась ни на минуту. Каждый день приносил новые догадки, слухи, споры и нервный смех. Ведь глава компании, Сергей Платонов, обладал редким даром: заставлял всех гадать, какой именно фокус выкинет завтра.

Пока офис гудел от веселья, один человек наблюдал со стороны, словно орёл, высматривающий движение в траве. Гонсалес. Его не увлекали ни смех, ни споры, ни шелестящие купюры. После истории с Эболой интерес давно угас. Теперь мысли крутились вокруг другого — что готовится следующим шагом?

Взгляд скользнул по рядам сияющих лиц и остановился. Среди всеобщего ликования один человек выглядел чужим. Хмурое лицо, напряжённая линия губ. Грей, исполнительный трейдер Сергея Платонова. Не радость, а беспокойство.

Вот оно.

Когда Грей, пробормотав что-то о ланче, вышел из офиса, Гонсалес молча последовал за ним. В тихом, пахнущем свежим хлебом и кофе дели, где шум улицы глушился мягким гулом холодильников, он сел напротив и без лишних вступлений бросил:

— Сергей дал какой-то странный приказ?

Грей поднял глаза, настороженно сверкая серыми зрачками. Пальцы, обхватив стакан с колой, побелели от напряжения.

— Почему спрашиваешь? — спросил он осторожно.

— Потому что ты выглядишь так, будто увидел призрака, — усмехнулся Гонсалес. — Так что, где на этот раз?

— Не думаю, что должен это говорить, — произнёс Грей, явно колеблясь.

Обычно подобные разговоры между коллегами считались пустяком, но сейчас чувствовалось: речь идёт о чём-то серьёзном. О слишком важном.

В глазах Гонсалеса мелькнула уверенность — попал в точку. Он достал из внутреннего кармана плотную кожаную чековую книжку, оторвал страницу и, скользнув по столу, подвинул её к Грею.

— Десять тысяч, — произнёс он негромко, — хватит, чтобы появилась причина рассказать?

* * *

Когда двери офиса снова распахнулись, воздух был натянут, как струна. На стуле у окна сидел Гонсалес — тот самый, что только недавно исчез на ланче.

— Что здесь делаешь? — голос прозвучал ровно, но холодно.

— Аллерган, — коротко ответил Гонсалес.

Это слово будто разрезало воздух. «Аллерган» — следующая цель, грядущая арена, где Платонов должен был столкнуться с Акманом.

— Если место под проект ещё не закреплено, хотел бы присоединиться, — сказал Гонсалес.