— Собираются. Прямо сейчас.
— То есть доказательств нет. Решение на основании догадок — сомнительная услуга для акционеров.
Голос Акмана прозвучал назидательно, с оттенком презрения. Он напомнил всем присутствующим об обязанности действовать в интересах владельцев акций. Принять решение без твёрдой фактической базы — нарушение фидуциарной ответственности.
Платонов легко кивнул, будто соглашаясь.
— Совершенно верно. Поэтому совет и пришёл к выводу: единственный вариант, который действительно отвечает интересам акционеров…
Пауза. В комнате слышалось только тихое гудение кондиционера.
— … это оплата всей суммы наличными.
Слова упали, как монеты на стекло.
— Наличными? — переспросил Акман, и впервые в голосе прорезалась нота растерянности.
Платонов чуть наклонил голову, улыбнувшись.
— Да. Весь объём сделки — в живых деньгах. Тогда, возможно, наш совет посмотрит на ваше предложение иначе.
Тишина, в которой слышно было, как за стеной тикают часы, показалась бесконечной.
А на лицах обоих — спокойствие, за которым скрывалась хищная настороженность игроков, привыкших бить первыми.
Глава 13
После формального распределения ролей наступала самая интересная часть спектакля — разжечь пожар, который заметят все. На глазах у публики планировалось сначала вступить в открытую конфронтацию с Акманом, а затем подлить топливо в пламя — так, чтобы ссора превратилась в всенародное шоу. Пока что была лишь декларация в 13D, но этого было мало — требовалось эскалация до полноценной войны; именно поэтому и присутствовал на встрече Сергей Платонов.
В зале стоял запах бетона, свет от люстр падал жёлтым пятном на стол, по которому стучали чашки и ручки — идеальная сцена для слов, что должны были вспыхнуть как искры. Платонов спокойно предложил один из самых рискованных ходов — потребовать полной оплаты сделки наличными. Эксцентричный вызов:
— Оплатите всю сумму полностью наличными, и только тогда совет рассмотрит ваше предложение иначе, — прозвучало ровно, как удар по столу.
Акман сначала растерялся, затем быстро собрался — лицо сморщилось, эмоции моторно проскользнули по чертам: раздражение, сжатая улыбка, желание дипломатии. Ответ последовал в деловом тоне: дорогая однократная сделка целиком за наличные для фармы — редкость; недавний прецедент в технологическом секторе подсказал возможный путь, однако фармацефтическая специфика и ликвидность «Вэлеанта» — ключевые проблемы. В воздухе повисла пауза, в которой слышалось легкое шуршание бумаги и приглушённый гул кондиционера.
Платонов, не меняя выражения, ткнул в больное место: