— Хорошо. Оставляем как есть. Джефф сообщит корректировки отдельно, — Пирс резко подытожил встречу.

* * *

За стеклом конференц-зала воздух дрожал от гулких голосов и звона клавиатур. В отделе M\A царила суета, как в муравейнике, куда кто-то воткнул палку. Между рядами столов промелькнула знакомая фигура — вице-президент из финансового подразделения, курирующего сделки с заемными средствами. Его шаги звучали уверенно, будто каждый каблук был печатью приказа.

— О? Мистер Мастерс? Что привело вас сюда…?

— Хотел обсудить недавний LBO….

Даже если бы вопрос был срочный, вице-президент обычно не заявлялся бы лично. Обычно хватает быстрой электронной почты, короткой строчки с пометкой «важно».

— На двадцать третьей странице колоды ошибка….

— Не могли бы дать десять минут?

— Десять минут?

Помощник скользнул усмешкой, указал подбородком на конференц-зал. А в дверях уже показался Пирс.

— Ну… Хотел увидеть всё своими глазами.

Каждый конференц-зал в Goldman — сплошное стекло, прозрачность в чистом виде. Идеальное место для того, чтобы прятать любопытство за видом делового спокойствия. Вице-президент появился именно в этот момент, чтобы взглянуть на разбирательство, прикрывшись благовидным предлогом. Дал подчинённым пару лишних минут, будто между делом.

И всё же равнодушие выглядело фальшиво. Пять человек уже успели прийти с тем же самым предлогом.

— Ха-ха… Верно, не торопитесь.

Сделав вид, что всё понял, он скользнул взглядом за стекло. На сердце лёгкая неловкость — на миг и не больше. Шесть… семь… восемь… Вице-президенты стекались один за другим. Придуманные оправдания постепенно сменялись откровенными пересудами.

— Что тут, чёрт возьми, творится?

— Какая внутренняя возня вызвала такой шум?

— Из всех людей — эти двое… самые безжалостные…

Голдман всегда славился жесткой внутренней политикой, но, чтобы вот так, открыто, напоказ — такое впервые. Пирс и Носорог.

Два имени, от которых веяло угрозой. Оба хищники, оба мстительные и злые.

— Не видел ни разу, чтобы вице-президенты сами кланялись новичку из другого отдела, — пробормотал кто-то вполголоса.

Уолл-стрит — армия в костюмах, со своими чинами и уставами. Здесь начать разговор с новичком — почти признать себя ниже рангом. Но сейчас — все они толпились возле Сергея Платонова, наперебой уговаривали его выдать хоть кроху информации.

Позже, в баре, эти же люди будут глушить горечь скотчем и шептать друг другу:

— В Goldman появился сумасшедший новичок, заставил нас кланяться на этом этапе карьеры.

Слухи, которых добивался Платонов, уже расползались. Правда, пока только среди простого люда, не среди акул Уолл-стрит.