Пирс понимал логику этой версии, но отступать было нельзя.

— Слишком рано делать предположения. Подождём результатов.

— Как долго ждать чуда?

— Два месяца.

— …

— Просто дайте две недели, и всё станет ясно.

— А если ничего не покажете?

— Принимаю любые последствия.

Ставки уже взлетели выше некуда.

Третий раунд начался. На этот раз матч — между Пирсом и исполнительным директором.

Пирсу предстояло уехать в Лондон на два месяца…

Конференц-зал наполнился запахом кофе, смешанного с едва уловимым ароматом бумаги и дорогих ручек. Медики, едва услышав новости о Лондоне, словно вкопанные смотрели друг на друга.

— Пирс уезжает на два месяца? — голос дрожал, отзвучав эхом по блестящему полу.

Изменения витали в воздухе, щекоча кожу теплом офисных ламп. Вопросы, которые хотели задать напрямую Пирсу, застряли в горле — он был в поле, занят реальными сделками, связанными с тизером Сергея Платонова. Тем временем Носорог, гремя тяжёлыми шагами по паркету, совершал обходы через отделы, каждый стук ботинка отдавался лёгкой вибрацией под ногами.

— Итак, на какую сторону вы делаете ставку в этом раунде? — тон был вкрадчивым, но одновременно подталкивал к действию.

Дежавю ощущалось в воздухе: Носорог поднимал ставки так же, как Пирс, создавая напряжение, которое почти можно было потрогать руками.

— Пока не ставлю ни на одну сторону….

— Лучше делайте ставку сейчас. Как вы думаете, какая сторона победит?

Смех, лёгкий и нервный, прокатился по комнате.

— Ха-ха, я не уверен. Голова забита немножко иным….

— Подумайте об этом. Я вернусь завтра.

Врачи-аналитики, сжимая в руках бумагу и блокноты, метались между сомнением и любопытством. После второго и третьего раундов позиции титанов сместились. Вопрос «кто будет следующим руководителем?» висел в воздухе, как тяжёлый свинцовый занавес.

Решающим фактором стал список новых сотрудников. Каждая живая сделка из этого списка — потенциальная победа Пирса, промах — его отправка в Лондон на два месяца, открывая путь Носорогу.

Некоторые, почувствовав лёгкий жар на шее от напряжения, обратились к Джеффу:

— Как успехи у Пирса?

— Я тоже не знаю подробностей, — ответ был сухим, будто листок бумаги, по которому провели пальцем, создавая легкий шорох.

— Но всегда есть чувство, не так ли? — шепот скользнул по комнате, словно ветер сквозь жалюзи.

— Контракт — это не смысл, а подпись.

Они не могли ухватить ни намека, ни предчувствия. Но сидеть сложа руки было невозможно.

— Получите этот список! — приказ прозвучал, как удар молотка о металлическую поверхность.

MD бросились к тизеру Сергея Платонова. Он лежал открыто на столе, страницы слегка шуршали при перелистывании. Флип, флип — бумага отзывалась приятным шелестом, запах свежей типографской краски пробивался через кондиционер, заполняя комнату лёгкой сладковатой нотой.