В конце концов, если возможно повернуть время вспять, почему бы не появиться и голографическому экрану? Сейчас важнее другое — проверить, как он работает.

Попробовал коснуться экрана. Пальцы встретили только прохладный воздух. Никакой тактильной отдачи. Тогда начал шептать и выкрикивать ключевые слова, как в фильмах: «Меню», «Функции», «Помощь»… но он оставался безразличным к моему голосу.

Ни звука. Ни вспышки. Только молчание и цифры, от которых мороз ползёт по спине. Что бы ни делал — всё оставалось по-прежнему.

«Я думал, что хоть что-то изменится…»

Но нет. На самом деле — ничего. Полупрозрачный экран, вспыхнувший перед глазами, исчез минуту спустя, будто и не существовал. Всё как всегда, до боли привычно. Каждую ночь одно и то же. Каждый, мать его, день. Какой вывод? Ровно в полночь получаю уведомление о собственной смерти. И всё.

Вздохнув так глубоко, будто собирался выдохнуть вместе с лёгкими, уставился в монитор. Google. Мой единственный собеседник в этой бессонной ночи.

Реально перелопатил десятки форумов, блогов, новостных лент, надеясь хоть где-то найти упоминание о подобном. Но — пусто. И всё же… кое-что любопытное всплыло.

«А вы слышали о „Часах смерти“?»

Колесо мышки жужжало, пока прокручивал страницу.

«Помни, что умрёшь».

Короткая фраза, а звучала как приговор, выцарапанный на камне.

«Это самый полезный инструмент, помогающий принимать трудные решения», — гласила статья.

«Смерть — лучший катализатор перемен. Ключ к успеху, о котором говорил сам Стив Джобс».

Звучит красиво, если не забывать, что за этим стоит холодная неизбежность.

На сайте перечисляли преимущества этих «часов».

— Расставляй приоритеты.

— Действуй без промедлений.

— Используй время осмысленно.

Внизу красовалась кнопка: Скачать приложение.

Цинично усмехнулся.

«Ну да. У меня и так встроенная версия», — пробормотал, чувствуя, как уголки губ криво ползут вверх.

Мои «часы» даже показывают процент выживаемости. Сейчас там гордо светится 0%, но я надеюсь — когда-нибудь появится лекарство, и эта цифра вырастет.

Стараюсь держаться, думать позитивно, и вдруг —

— Шон?

Поднял голову. Передо мной стоял Фыонг — мой друг из Вьетнама.

— Почему ты такой? Будто не спал всю ночь.

Молча уставился на него. Как могу спать, когда у меня перед глазами собственный срок оставшейся жизни?

Он не стала ждать ответа. Напротив — замер, нервно поводя глазами по пустому залу, словно сурикат на страже.

— Здесь никого нет?

— Садись уже.

— И как я узнаю, куда?

— Видишь стул с конвертом? Вот туда.

На каждом кресле лежал белый конверт с визиткой внутри. Я кивнул в сторону его места, но Фыонг всё равно продолжала вертеть головой, будто боялся, что из-за угла выскочит палач с приказом об увольнении.