— Четыре задачи? — вырвалось у меня, прежде чем я успел сдержаться.

Фьонг слегка приподнял бровь, но прежде чем успел что-то сказать, раздался голос Лилианы:

— Мне нужно поговорить с господином Платоновым. Не могли бы вы ненадолго выйти?

— О-о, да! Конечно! — Фыонг, взглянув на записку, скривилась так, словно надкусила лимон. Но стоило Лилиане подарить ей ещё одну лучезарную улыбку, и вся эта кислота с его лица испарилась, будто и не было. Вмиг строгий сурикат превратился в смущённого парня, который не знала, куда деть руки.

Да уж, хоть здесь и не джунгли Уолл-стрит, а обычный офис, сила женской улыбки творит чудеса. Словно острые когти отступают, уступая место мягким лапкам.

— Фух… — выдохнула Лилиана, когда мы отошли подальше от чужих ушей, в небольшой закуток рядом с автоматом для кофе. Запах свежемолотых зёрен щекотал ноздри, хоть его не пью, но запах мне нравится, а где-то вдалеке гудел принтер, выплёвывая очередную кипу документов.

Она на секунду замялась, будто подбирала слова, опустив взгляд на свои ухоженные ногти. Казалось, ей было трудно начать, и тишина повисла между нами, как тонкая натянутая струна.

Я решил перерезать её первым.

— Ну, выкладывайте, — сказал, мягко улыбнувшись. — Что-то случилось?

— Обычно в первый день вас заставляют решать четыре кадровых задачи? — прищурился, вглядываясь в её лицо.

— Нет, это совершенно ненормальная ситуация, — Лилиана тяжело выдохнула, словно сбрасывая груз с плеч.

— Так и думал, — пробормотал, глядя на её аккуратно собранные волосы, чуть растрёпанные от спешки.

— Такого раньше никогда не было, — продолжила она, слегка сжав губы. — Запросы сыпятся с самого утра. Я уже разослала больше тридцати отказов!

— Это всё запросы от управляющих директоров?

Она резко подняла на меня глаза, и зрачки её расширились, будто от внезапной вспышки света.

Этой реакции было достаточно.

— Откуда вы знаете?

— Они сказали, что моим графиком управляет отдел кадров. А сегодня понедельник.

— Что?

В её голосе прозвучала нота растерянности.

Чуть улыбнулся.

Каждый понедельник во всех отделах проходят еженедельные совещания. Они длятся час — с девяти до десяти утра.

А все кадровые задачи уже были закрыты к десяти. Значит, кто-то координировал мой график именно в этот промежуток, параллельно с совещанием. И такой приказ может отдать только один человек.

Тот, кто обладает властью подписывать решения о приёме на работу даже в разгар совещания.

Самый высокопоставленный управляющий директор департамента.

— Итак, в итоге, у меня образовался график, который заставляет меня работать на износ, верно? Отказать доктору в его просьбе — дело неблагодарное.