Ха! Вот за этим всё и затевалось.

— И кто ещё в деле? — любопытство выпирает, как плохо приглаженный галстук.

Этот — минус. Слишком интересует состав игроков. Видно желание использовать ставку, как социальный лифт. Если для роста нужен такой костыль — толку, как от пустого графика без данных.

— Имя? А, вы наверняка слышали. Шерер.

Этот — пометка на полях. Интонация как будто фамилия должна звенеть, как колокол на Нью-Йоркской бирже. Может, блеф. Значит, позже понадобится тихая проверка — кто он, где сидит, кому звонит, какие письма оставляет следы в круговой рассылке.

Воздух в отделе пахнет бумагой, свежей краской маркера и перегретым пластиком системных блоков. По стеклу перегородок бегут отражения мониторов. Где-то далеко клацает степлер, рядом мягко гудит принтер. На экране мигом вырастают списки, а в блокноте прибавляются строки — аккуратные углы букв, короткие штрихи, подчёркивания. Ставки складываются в живой реестр будущих связей, словно кто-то щёлкает фишками за зелёным сукном.

Пусть привыкают к новой приправе. Здесь кормят не только цифрами — здесь кормят репутацией. А репутация любит жар, соль и точный тайминг.

— Ты что, новичок?

Испанец с безмятежным взглядом, в котором таится намёк на уверенность, может оказаться крайне перспективным.

На Уолл-стрит люди с цветной кожей чаще всего принадлежат к одной из двух категорий: либо упрямые иммигранты, пробившиеся сквозь толщу обстоятельств, либо наследники зарубежных капиталов, привыкшие к роскоши.

Если этот мужчина готов рискнуть своей зарплатой, скорее всего, он из второй группы. А значит, нужно впечатлить его с первой же секунды.

— Вы тоже делаете ставки, сеньор?

— Нет, но слышал, есть парни, которые поднимают шум из-за этой затеи. Разве поставить на свою зарплату — такая уж проблема?

— Дело не в сумме.

— Тогда в чём же?

— В этом и есть прелесть. Разница, как между игрой в футбол со счётом и без него.

— Ах!

На лице Гонсалеса расцвела широкая улыбка, он звонко хлопнул себя по ладони.

— Да, когда есть счёт, играть веселее! Можно присоединиться?

— Разумеется. Только представьтесь: имя и отдел, уважаемый.

— Департамент природных ресурсов. Зовите Гонсалес.

Слова прозвучали как приятная музыка. Ещё один многообещающий игрок. Возможно, наследник горнодобывающей империи.

«Тем не менее, пока он уступает Рэйчел.»

У иностранных богачей в США редко бывают глубокие связи, а значит, сила сложного процента работает в пользу Рэйчел. Её история пока остаётся туманной, но то, как перед ней преклоняются врачи, говорит об одном — доверие.

К этому моменту список растянулся на пятнадцать имён пожилых господ. Число скромное, но влияние ощутимое.