— С такой позиции таки да, — Согласился Коста.
— Осталось только придумать операцию прикрытия, — Добавил Жук.
— Ну, — Нерешительно сказал Коста, переглянувшись с женой, — мы с Софией до Турции дойдём и засветимся в нужных местах Константинополя.
— Это понятно, — Выдохнул дымом Сергей, — но мало! Не алиби, это само собой, а прикрытие! Увести в сторону.
— Свалить вину? — Наморщил Беня лоб, — Это небезынтересно, но самую чуточку попахивает серой.
— Не свалить, — Сергей повернулся к нему, слегка раздражённый непониманием товарищей, — А отвлечь! Не конкретные люди, а так — заведомо ложный след для полиции.
— А… и на кого?
Жук пожал плечами, вновь погружаясь в созерцание заката.
— А может… — Нерешительно начала женщина, — да нет, глупости! Есть такие люди, шо и сами с радостью замажутся, а поймать их за тухес за одни только громкие слова будет проблематично. Среди нас социалисты есть?
— Я самую множечко анархист, — Радостно отозвался Коста, сияя улыбкой.
— Ты самую множечко балбес! — Отзеркалила улыбку жена, — Анархист ты стихийный, а не партийный или хотя бы идейный!
— Не без тово! — Заулыбался грек.
— Сионист, — Бухнул Канцельсон, — множечко, но таки не везде!
— Это на какую множечко ты сионист? — Повернулся Жук, недобро щуря глаза.
— На ту, — Не пугаясь, ответил Беня, — шо про Палестину и собственное государство с переселением.
— А… — Глаза Сергея потухли, и на лице снова проступила печать усталости, — в этой части я тоже… сионист.
— Я, — После недолгого молчания продолжил Жук, — скорее нет, чем да. Очень уж мне не нравится впихнутый туда интернационализм.
— Панславизм? — Поинтересовался Беня с еле заметной ноткой ехидного вызова в хрипловатом голосе.
— Нет, — Жук даже не повернулся, — Идея объединения славянских народов под главенством России заведомо утопична. У нас с народным благоденствием даже в собственной стране сложилось таки криво, куда уж там распространять наше криво на родственные народы!
— Таки да, — Согласился Беня уже без нотки, — по этой части у нас всё больше монархисты про царя-батюшку, но без царя в своей голове.
— Или, — Он пыхнул дымом, — республиканцы, напрочь оторванные от народа.
— Ну так как? — Прервала их женщина, — Вы таки спорить или думать?
— Красные[3] бригады? — Нерешительно предложил Коста, — Ну, если таки совсем далеко от нас?
— Я таки да, — Согласился Беня.
— Пусть ищут чёрную кошку в тёмной комнате, — Ответил Жук, — особенно если её там нет!
— Единогласно, — Устало подвела итог София.
* * *
— Ой! Ой вэй, доченька! — Полный горя пронзительный женский крик ввинтился в небо, и голуби закружились над двором-колодцем, — Люди!