Перефразируя «примечания авторов» старого сериала «Счастливчик Люк» с Теренсом Хиллом я про себя произнес простую фразу «Так на земле появилось рабство». Но это «рабство» продлилось не особо и долго: последняя из взятых тогда в плен женщин померла (от старости и «общего износа организма» лет через пятнадцать, родив за это время дюжину детишек, из которых человек восемь дожили до «совершеннолетия» (а у нас, в силу обстоятельств, таковое наступало лет в двенадцать). Всего пленницы принесли нашему народу чуть больше полутора сотен детишек, которые очень даже неплохо двинули прогресс. Не сразу, но сразу что-то только в страшных сказках случается — а тут была совсем даже не сказка. Жизнь-то в межледниковье точно была не сахар…
Не сахаром была жизнь, да и сахара тут не было, и даже меда пчелиного: почему-то пчелы мамонтову тундру невзлюбили. И не только пчелы: найденная мною когда-то конопля сама семян не дала (мужики за этим очень ответственно следили) и больше я другой конопли много лет нигде и не видел. Наверное, это какие-то птички одинокое семечко как-то с собой откуда-то с юга принесли. Но лен тут рос довольно неплохо, тем более что народ и поля удобрять очень даже не ленился. А лен — это не только льняные простыни и наволочки, но и довольно интересное масло. Которое при кипячении дает олифу, позволяющую и дереву становиться относительно водостойким, и коже тоже. Впрочем, я так и не понял, от какой части льна людям пользы получается больше: как по мне, так льняные простынки и пеленки детскую смертность сами по себе чуть ли не вдвое сократили: детей матери стали одевать раньше и дети, соответственно, меньше стали простужаться и болеть. Ну, это я так думаю, но абсолютно уверен, что без льняных ниток хрен бы так просто можно было одежду их тех же шкур шить.
Но нападение дикарей на развитие цивилизации повлияло даже не тем, что прирост населения довольно серьезно ускорился, а, скорее, тем, что народ начал задумываться о защите от набегов таких дикарей — и задумавшись, начал принимать различные «превентивные меры». Прежде всего, все поселки были обнесены стенами (из кирпича-сырца, в нынешнем климате и такие получались достаточно долговечными и прочными), но среди населения владение луком стало «острой необходимостью» и все очень настойчиво старались вооружиться. Так что уже через год у меня двое учеников могли луки (все же в основном «монгольского типа» из-за дефицита материалов) довольно неплохо делать, а уж железячники превратились в объекты поклонения: для «правильных» стрел требовались и железные (а лучше стальные) наконечники, к тому же теперь каждый взрослый человек в нашем племени из дому не выходил без топорика на поясе и парочки больших ножей. Причем топорики все предпочитали «поварские», с широким и длинным лезвием — а чтобы такой топорик изготовить из стали, металла нужно было очень много. И очень много труда, однако люди такой труд напрасным точно не считали.